- Вы всегда были солдатом, капитан?

  Сласть фыркнула: - Не я. Я была воровкой, которая считала себя умнее, чем оказалась на деле.

  Йедан подумал немного. Перед ним смутные лица проталкивались сквозь свет, разевая рты, строя гневные гримасы. Руки тянулись к его горлу, но хватали пустоту. Он мог бы коснуться стены, если бы захотел. Однако просто наблюдал за врагом. - За какую цель вы стали бы сражаться, капитан? Если говорить именно об этом - о причине, превосходящей спасение жизней...

  - Да, разве не хороший вопрос? Для нас, летерийцев, это не дом. Возможно, потом, когда несколько поколений прольют кровь в здешний песок... Но не сейчас. Недостаточно.

  - Значит, таков ваш ответ.

  - Нет, господин, я над ним думаю. Так сказать, продумываю насквозь. Значит, причина. Это не какая-то королева Тисте Анди и ее треклятый трон, или даже весь треклятый город. Это не Яни Товис, хотя она и провела нас через всё, спасла жизни. Воспоминания умирают, как рыба на песке, и скоро даже запаха не остается. И это не вы.

  - Капитан, - сказал Дерриг, - если враг сломит нас, то отправится по Дороге Галлана. Без помех. Они достигнут врат в наш мир и разрушат все цивилизации людей, пока не останется лишь пепел. А потом они сразят самих богов. Ваших богов.

  - Если они так страшны, как можно надеяться удержать их здесь?

  Йедан кивнул в сторону Светопада: - Потому что, капитан, есть лишь один путь. Эта полоска пляжа. Тысяча шагов в ширину. Лишь здесь стена покрыта шрамами и тонка от прошлых ран. Лишь здесь они могут надеяться пробить барьер. Мы засов на двери, капитан. И мы спасем ваш мир.

  - И как долго, по-вашему, мы должны их сдерживать?

   Он поскрипел зубами и ответил: - Столько, сколько понадобится.

  Капитан потерла шею, покосилась на Йедана. И отвела взгляд. - Но как вам удается, господин?

  - Что?

  - Стоять здесь, так близко, смотреть на них. Видите лица? Чувствуете их злобу? Понимаете, что они хотят с вами сделать?

  - Разумеется.

  - И все же стоите.

  - Это помогает вспомнить, капитан.

  - О чем?

  - Об их предназначении.

  Она зашипела сквозь зубы. - От вас у меня мурашки сделались.

  - Я спрашивал о достойной причине.

  - Да, спасти мир. Может сработать.

  Он сверкнул глазами: - Может?

  - Ну, вы можете думать, что ради спасения мира надо сделать всё возможное и невозможное. Так?

  - А разве нет?

  - Люди таковы, каковы... вы понимаете.

  - Вам не хватает веры, капитан.

  - Мне не хватает доказательств, господин. Я ничего такого не видела за долгие годы. Как вы думаете, что делает человека преступником?

  - Глупость и жадность.

  - А кроме? Я вам скажу. Вы оглядываетесь вокруг, очень осторожно. Видите, что на деле происходит, кто всё время выигрывает. И решаете, что отчаяние на вкус не лучше дерьма. Решаете, что сделаете что угодно ради того, чтобы проползти и ухватить сколько получится. Для себя лично. И обвиняете друзей и сородичей в постигших их бедах - даже если причиной бед стали вы сами. Причинять вред человеческим существам - значит ненавидеть человечество. Но скорее вы боитесь ответной ненависти. Вор твердит, что лишь исправляет сломанные весы. Вот почему нам удается спать спокойно.

  - Отличная речь, капитан.

  - Я старалась покороче.

  - Значит, у вас поистине нет веры.