Джойс засмеялась и, покраснев, поблагодарила его. Брайс Картер, наконец оправдавший себя в мыслях Ано, поцеловал ее в губы, а мистер Рикардо закрыл глаза, словно собирался выпить касторку, после чего они дружно осушили бокалы.

– Самый подходящий повод для шампанского, – заметил Ано.

– Тем более для такого превосходного, – бессовестно соврал Брайс Картер.

«Тошнотворное пойло!» – подумал мистер Рикардо, который проявил истинный героизм, выпив его.

– А теперь, – продолжал Ано, – когда мы выслушали эту историю, мне остается, как говорят у вас, – и он посмотрел на Брайса Картера, – поставить точки над «i».

– Совершенно верно, – согласился Брайс, но мистер Рикардо оказался не столь снисходителен.

– Поставить перекладину над «t», друг мой!

Ано воздел руки к потолку.

– Слышите? Он называет меня своим другом и смеется надо мной! Но сегодня я его прощаю. Я инспектор Сюртэ – думаю, самый лучший инспектор – и достаточно разбираюсь в английском языке. Перекладины ставят над «t» – это в обычае у англичан, – а над «i» ставят точки. Договоримся об этом раз и навсегда, и я поставлю самую жирную точку в конце этой истории.

Детектив устремил на мистера Рикардо свирепый взгляд, но тот не нашелся, что ответить человеку, утверждающему, будто англичане ставят перекладины над «t».

– Отлично! Я заставил его умолкнуть. Итак, габара должна была отплыть с приливом в шесть утра, однако, когда мисс Джойс прибежала к реке, чтобы найти убежище на габаре между двумя и тремя часами ночи, ее уже не было в гавани. Габара отплыла в реку, чтобы бросить там якорь или чтобы ее относило как можно дальше от места назначения. Получается, что в действиях шкипера не было никакого смысла. Давайте послушаем, что он говорит! Шкипер заявляет, что вскоре после двух он услышал, как кто-то шагнул с причала на палубу. Он высунул голову и плечи из своей каморки, а Робин Уэбстер сразу же наклонился к нему и прошептал: «Не поднимайте шума, и сойдем на берег!»

Уэбстер отвел шкипера в рощу и продемонстрировал ему корзину, уже перевязанную веревками. Шкиперу показалось, что поодаль стояли еще двое, но он в этом не уверен. Уэбстер предложил ему габару со всеми парусами, снастями и мебелью, если он сразу же отплывет и утопит корзину с прикрепленным к ней грузом посреди Жиронды. Шкипер говорит, что он бедный человек и заполучить эту прекрасную габару было мечтой всей его жизни. Разбудив двух сыновей, он погрузил на борт корзину, не настолько тяжелую, чтобы вызвать подозрения, и сбросил ее в реку вместе с грузом, как было приказано. Но так как ему велели поторопиться, шкипер привязал груз не слишком тщательно. Очевидно, такова воля Бога, желающего, чтобы преступление было раскрыто, чему он искренне рад, будучи религиозным человеком, и т. д, и т. п. Такова история шкипера, которая соответствует известным нам фактам. «Ла Бель Симон» не могла покинуть гавань ранее чем за несколько минут до того, как мисс Джойс внезапно остановилась на краю аллеи, оставив на мягком дерне четкие отпечатки своих туфелек. – Ано повернулся к Джойс с серьезным выражением лица. – Тогда вы пришли в отчаяние, мадемуазель, но я склонен поздравить вас с тем, что вы упустили габару, несмотря на религиозность ее шкипера. В конце концов, желание заполучить вожделенную габару со всем оборудованием могло одержать верх… – И детектив пожал плечами.