– Я ужасно голодна, – призналась она Годри. – Последним в моем желудке побывал утренний бутерброд.

   – Так ты испортишь себе желудок, – мягко укорил ее Годри. – Ты ведь можешь оторваться от работы и поесть.

   – Могу, но, увы, мне не всегда удается заставить себя встать с кресла…

   Годри покачал головой, что значило: ох уж эти писатели, и жестом позвал официанта.

   – Что будешь заказывать?

   Анжела заглянула в меню. Желудок не на шутку разбушевался. Это была уже целая стая разбуженных голодных и злых собак. Анжела даже испугалась, что эти жуткие звуки услышит склонившийся над ней официант.

   – «Унаги», «сашими хотатэ» и суп «мисо», – торопливо произнесла она. – И еще чай с рисовыми лепешками. С клубникой, пожалуйста.

   Годри усмехнулся.

   – Никогда не понимал, как ты запоминаешь эти названия… Вот, например, что такое «унаги»?

   – Не волнуйся, звучит страшнее, чем есть на самом деле, – ответила Анжела, пытаясь заглушить страшные звуки, издаваемые желудком. – Пресноводный угорь. Ты же знаешь, я неравнодушна к японской кухне. А когда ешь одно и то же в течение нескольких лет, то волей-неволей запоминаешь все эти «унаги» и «мисо».

   Заказ был принесен, и Анжела с нетерпением запустила ложку в тарелку с супом «мисо». Это был суп с креветками, соевым творогом и водорослями. Годри всегда удивлялсятому, что Анжела может есть что-то подобное. Сам он, хоть и сидел в японском зале «Гавери», заказывал из соседнего, итальянского. Спагетти с базиликом и томатной пастой были пределом его мечтаний. И, конечно, по мнению Годри, это было куда вкуснее, чем всякие там «мисо», «унаги» и рисовые лепешки.

   Единственное, чему она так и не научилась – есть палочками суп. Эта премудрость казалась ей слишком уж экзотической. Поэтому Анжела выбрала классический европейский вариант – ложку.

   – Давай поговорим о главном… – предложил Годри, доев спагетти и отставив в сторону тарелку. – Значит, ты хочешь уехать в Шэдоу?

   – Разумеется… Или ты думаешь, что за день я изменила мнение?

   – Вовсе нет. Я думаю, что ты можешь полететь туда. Только прошу тебя, окажи мне небольшую услугу.

   – Какую же?

   – Вначале обещай, что согласишься…

   – Как я могу обещать, когда не знаю, о чем идет речь… – Анжелу удивила такая странная просьба. Годри явно темнил, и это ее смущало. – Пожалуйста, скажи прямо, чего ты хочешь. Тогда…

   – Пожа-а-а-луйста, – умоляющим тоном протянул Годри. Наивно округленные серые глаза сообщали ей о том, что эта просьба – самая невиннейшая из всех просьб на свете.

   Анжела колебалась. Но Годри продолжал смотреть на нее своим непередаваемо невинным взглядом, и Анжела сдалась.

   – Ну хорошо. И чего же ты хочешь?

   – Мне не хотелось бы отпускать тебя одну… И я кое-что придумал.

   Неужели Годри решил отложить свои дела и поехать с ней? Анжела улыбнулась, взяла палочками кусочек угря и отправила его в рот.

   – Надеюсь, тебе понравится моя идея, – продолжил Годри.