Ведром на веревке зачерпнул воды, умылся по пояс. Растерся полотенцем и почувствовал, что окончательно проснулся.

– Кто еще не успел позавтракать?

– Тебя ждали.

– Тогда свободные от вахты – за стол, потом поменяемся.

Через полчаса «Аглая» легла на нужный курс. Пора. Я тем временем получил исписанный листок от Пламена.

– Полковник в город вернулся, людей привел. Все твои предложения одобрил, ополченцев и объездчиков по местам расставил. Ждут.

Отлично, успели мы с подкреплениями. Теперь ждем, крадемся потихоньку под парусами, стирлинг еле слышно постукивает. Скорость для нас сейчас не важна, важна скрытность. И ветерок за нас, пока ночной бриз затишьем не сменился. Скоро он стихнет, но мы уже почти на месте.

На верхушке мачты, в «вороньем гнезде», устроился Михаил. В руках у него тяжелый бинокль, который я у преподобного выпросил. У меня есть, но куда слабее. А эта бандура словно телескоп.

– Есть, вижу паруса прямо по курсу! Два корабля или даже больше, в тумане пока!

– Убрать паруса! – тут же среагировал Игнатий. – Иван, разводи пары.

– Давно уже развел, – усмехнулся моторист. В отличие от капитана, которого предстоящая схватка изрядно потряхивала, Иван был абсолютно спокоен и собирался чай пить. До начала битвы еще полчаса минимум, чего раньше времени волноваться.

Я дождался, когда паруса спустят и взобрался наверх к Михаилу. Примостился рядом, взял бинокль и осмотрелся. Так, берег от нас километрах в пяти. Пираты выстроились в цепочку и теперь идут к месту высадки десанта. На берегу сейчас темно, лишь у Кривой лесопилки фонарь горит, да на складах в отдалении за лесом еще несколько. Отлично, подождем чуть чуть и следом двинемся. Заодно попробую врагов пересчитать.

Спустился вниз, поманил Михаила. Нам теперь лишь аккуратно чуть западнее следовать, укрывшись в ночной темноте. На востоке небо светлеть начало, розовая полоска появилась. Чужие паруса в отдалении маячат. Пять кораблей. Если на каждом человек по сорок, то уже две сотни. Много. Одна надежда, что засаду мы подготовили качественно. И силы там серьезные собрали. Нельзя, чтобы нападающие на пляж высадились, их надо всех в воде перебить. Потому что нет у Новой Фактории возможности в рукопашную ходить. Только огневое превосходство и натиск. У города нет и не было регулярной армии, только ополченцы. И пусть часть их уже в бою побывало, но лучше не подставлять под удар – погибнут ни за грош. А у меня за каждого погибшего сердце болит. Потому что я обещал их прикрыть.

– Средний вперед, – скомандовал, сам пошел вперед с биноклем, разглядывая смутные тени во тьме. Похоже, на якорь встали. Значит, сейчас шлюпки спускают. И минут через пять начнется.

– Лево руля… Так держать.

Нам надо зайти сбоку. Так даже если перелеты будут, все равно кого нибудь зацепим. Отдал бинокль Михаилу, повернулся:

– По местам стоять, к бою готовиться!

Мне на нос, за приватирскую пушку. Снаряды уже рядом, ящики открыты. У бортов установлены щиты от пуль и осколков. На задней пушке Федька и Рыбины заряжающими. У меня помощником Петр с Леонтием. Фрол с крепостным ружьем у фальшборта пристроился. Ближе к корме плотник, Роман Возницын. Может, он следопыта нашего и не переплюнет в меткости, но в молодости из этой железной дуры неплохо стрелял, так что ему и карты в руки. Для нас сейчас на дистанции любой выстрел будет важен. Даже если кого подранишь, все в плюс. Народ головы попрячет и те же паруса ставить не сможет.

Ветер почти стих. Восход набирает силу, уже кончики мачт чужих кораблей стало видно, хотя все остальное в серой дымке.