В чёрных, как ночь, глазах, хрустел лёд. Кстати сказать, это почти единственное, что осталось от привычного облика Вернера. Теперь передо мной стоял широкоплечий, явно очень сильный пепельный блондин с длинными волосами, заплетёнными в какую-то особую косу, с резковатыми чертами лица и тонкой полоской вечно поджатых губ.

– Ну и что это за фарс? – Ничего не выражающим голосом спросил тот, так и не отпуская мою многострадальную руку – напротив, сжав сильнее. Мужик, ага. Браво.

Я судорожно вздохнула, на секунду прикрыв глаза. Надо срочно хоть немного успокоиться. Иначе не выдержу.

– Уж поверь, видеть вас – последнее, чего мне хотелось бы… если вы при этом, конечно, не в гробу и не в пыточной, – едко отозвалась я, – Но мне нужно понять.

– С чего ты решила, что тебе кто-то что-то будет объяснять? – Усмехнулся тот, – Тем более твоё первое появление в качестве жены наследника перед высшим обществом в сорочке к этому не располагает. Хотела опозорить? Тебе ведь с этим жить.

– Единственное, чего я хотела – вцепиться вам в глотки, – змеёй прошипела я, – Но дотянуться до вас, убийц, не могу. Однако, несмотря на это клеймо, – пробежалась взглядом по брачному рисунку на руке, – Вам всё ещё нужно моё согласие на использование силы Меллиара, хотя я могу рассматривать только тех кандидатов, которые угодны вам. Полагаю, это даёт мне право потребовать хотя бы ответы на вопросы…

– Да неужели? – Холодно улыбнулся собеседник, – Не много ли чести, жёнушка? Пыточную никто не отменял. Там любой согласие даст на что угодно.

– Поверь, способ убиться и тем самым оставить вас без бонусов в виде силы камня света я найду при любых обстоятельствах, – Так же «мило» улыбнулась я.

Говорила – и сама себе не верила. Но гнев в моих глазах остался, и, наверное, придавал убедительности, ибо некромант, сканирующе взглянув в глаза, только хмыкнул.

– И что же тебе так мешало дождаться утра? – Выгнул идеальную бровь тот, отпустив-таки наконец-то мою руку.

– Не твоё дело, сволочь, – огрызнулась я, безуспешно пытаясь остынуть хотя бы внешне. Перед врагами показывать слабость – и глупо, и унизительно. Хотя что уж там – эти всё равно увидят. Какой из меня нафиг актёр?..

– Спрашивай, – «с барского плеча» дозволили мне, – Только давай кратко и по-существу.

«Нахрена?» – Хотелось задать мне извечный вопрос. А что – чётко и по-существу, хотя и не совсем понятно… Но пришлось сформулировать более чётко:

– Зачем вы собираете силы? Война?

– Да, война. В перспективе. – Не стал пускаться в подробности Вернер.

– Как звучит настоящее пророчество? – Продолжала я, милостиво добавив: – Можно не дословно.

– Настанет день, когда королева проклянёт своё дитя, подарив ему силу, но лишив сути, и то станет началом неизбежного – сломается первая печать. Пробудится древнее Зло, и лишь богини смогут его остановить. Тогда камни, ставшие по воле Магии тюрьмами и вместилищами невиданной силы, призовут три души. Двое Хранителей, бремя несущие, заключат брак, и сломают тем вторую печать. Избранный – жертва во славу, отдаст душу свою, и сломают тем самым печать третью. Освободятся богини и вернут в погибающий мир покой.

Уставший мозг едва-едва анализировал информацию.

– «Королева проклянёт своё дитя»? Дай угадаю… твоя мама тебя прокляла? – На тактичности я даже не запнулась – какое там. Так и хотелось ввернуть что-нибудь вроде «И правильно сделала!», но вовремя прикусила язык, опасаясь, что в таком случае останусь без ответов, – Но за что, и что значит «лишит сути»?

– Она и её семья оскорбила отца, когда он к ней сватался, и он уничтожил её страну, – как ни странно, снизошёл до ответа некромант, – Вся её семья была убита, а её отец взял в жёны за красоту, родовитость и силу магического дара.