— Что случилось? — крикнул Сэм.

Он привез О'Гормана, Суини и какого-то рыжего парня, которого я смутно помнил по первым неделям в оперативном штабе. Они подошли ко мне вместе с Софи, натягивавшей на ходу перчатки и маячившей за плечом Сэма Кэсси.

— В ночь, когда убили Кэти Девлин, — произнес я, — из запертого домика на месте раскопок исчез совок. Археологи пользуются совками с металлической лопаткой в форме листа, которая насажена на деревянную рукоятку длиной в пять-шесть дюймов, с закругленным концом и сужением в сторону лезвия. Пропавший совок до сих пор не найден; от других отличается тем, что на его рукоятке выжжены буквы Ш К — инициалы его владельца. Шона Каллагана. Он утверждает, будто забыл инструмент в домике для хранения археологических находок в понедельник, примерно в половине шестого вечера. Совок совпадает с описанием предмета, использованного для сексуального насилия над Кэти. Никто не знал, что он окажется в хранилище, — значит, это оружие импровизированное и убийство могло произойти в самом домике. Софи, ты можешь начать прямо оттуда?

— Несите люминол, — велела Софи одному из своих помощников. Тот мгновенно отделился от группы и полез в фургон.

— Ключ от хранилища находок есть у троих, — продолжил я. — У Йена Ханта, Марка Хэнли и Дэмиена Доннели. Шона Каллагана тоже исключать нельзя — он мог придумать историю с пропажей. У Ханта и Хэнли есть машина, значит, они могли спрятать или перевезти труп в багажнике. Насколько я знаю, у Каллагана и Доннели автомобилей нет, поэтому им пришлось бы прятать тело где-то поблизости — например, на месте раскопок. Мы должны тщательно прочесать это место и молить Бога, чтобы тут остались какие-нибудь улики. Искать надо совок, полиэтиленовый пакет со следами крови и место преступления.

— А у них имеются ключи от других домиков? — спросила Кэсси.

— Надо выяснить.

Помощник Софи вернулся, неся в одной руке набор с люминалом, а в другой — рулон оберточной бумаги. Мы переглянулись, кивнули друг другу и двинулись вниз, в сторону раскопок.

Прорыв в деле — то же самое что прорыв дамбы. Лавина событий вдруг трогается с места и неудержимо несется вниз. Все силы и энергия, которые ты неделями вкладывал в работу, внезапно поворачивают вспять и обрушиваются на тебя, увлекая в свой водоворот. В этот день я забыл, что терпеть не могу О'Гормана, Нокнари сводит меня с ума и я двадцать раз чуть не провалил дело. Забыл даже о том, что произошло между мной и Кэсси. Наверное, это одна из тех причин, которая цепляет меня в работе: возможность выбросить все из головы, не мучиться разной чепухой и стать просто частью отлично смазанной живой машины.

Выйдя в поле, мы на всякий случай рассыпались широкой цепью. Археологи угрюмо посматривали в нашу сторону, но работу не прекратили.

— Марк! — позвал я. Он копался в насыпи; мой окрик заставил его вздрогнуть, и он резко встал, глядя на меня. — Мне нужно, чтобы вы собрали людей в столовой.

Марк вспыхнул:

— Какого дьявола! Что вам еще нужно? Чего вы боитесь? Даже если мы найдем Святой Грааль, в понедельник утром здесь все превратят в асфальт. Вы что, не можете дать спокойно поработать несколько дней?

Я подумал, что сейчас он на меня накинется, но рядом выросли О'Горман и Суини.

— Эй, остынь, паренек! — с угрозой бросил О'Горман.

— Пошел ты со своим «пареньком»! Мы закончим вечером в пятницу, и все, что вы хотите нам сказать, может подождать до окончания работ. Мы никуда не денемся.

— Марк! — резко вмешалась Кэсси. — Строительство шоссе тут ни при чем. Вот что мы сейчас сделаем: с нами пойдете вы, Дэмиен Доннели и Шон Каллаган.