- Никто не стреляет морских птиц из пистолета, - проворчал Джик. - Из пистолета стреляют только в чертовски плохих художников, рисующих дохлых лошадей. Это большая разница.

Впереди появилась каменоломня, Джик подъехал к ней и затормозил, Сара, считая, что она это сделает быстрее, вышла из машины, чтобы собрать гильзы.

- Они и вправду стреляли в тебя? - спросил Джик.

- Зеленн. Но промахнулся.

- Нда-а, плохой стрелок. - Джик откинулся на спинку сиденья и поморщился. - Они, должно быть, поднялись на холм и уехали по другой дороге, пока мы искали тебя в бухтах. - Он взглянул на Сару, которая высматривала в пыли гильзы. - Они забрали список?

- Я бросил его в море, - криво усмехнулся я. - Это было бы уж слишком покорно - отдать им список в руки, а бросить - вроде бы другое дело. Но они все равно успокоились, дескать, почти спасены, а этого им больше всего хотелось.

- Скверная история.

- Веселая.

Сара нашла гильзы, собрала их и бегом вернулась к машине.

- Вот они… Я положила в сумку. - Она проскользнула на сиденье рядом с водителем. - Что теперь?

- Телефон, - вздохнул я.

- Зачем? - Она обернулась ко мне. - У вас какая-то идея… Ладно… - Она сглотнула. - Куплю вам обоим по рубашке в первом же магазине, какой попадется. И не говорите мне ничего, если это будет бакалея.

- А если это будет бакалея? - спросил Джик.

Мы снова развернулись, поехали прежней дорогой, на перекрестке свернули налево и объехали холм.

Недалеко от его вершины раскинулась большая деревня с магазином, в котором продавалось все - от молотков до шпилек для волос. И бакалейные товары. И рубашки. Сара показала Джику язык и скрылась за дверями магазина.

В результате ее похода я получил тельняшку и на неверных ногах добрался до телефона, зажав в кулаке Сарин кошелек.

- Мисс, в каком отеле есть телекс?

Она назвала три, и среди них «Таунхауз». Я поблагодарил и позвонил в «Таунхауз», с трудом вспомнив, что моя фамилия Пил.

- Но, мистер Пил… - Голос дежурной звучал озадаченно. - Ваш друг, не тот, что с усами, и не тот, что с бородой… Он оплатил ваш счет не больше чем полчаса назад и забрал все ваши вещи… Да, я тоже думаю, что это нарушение правил, но он принес от вас записку, в которой вы просите нас дать вашему другу ключ от номера… Простите, но я не знала, что вы не писали ее… Да, он забрал все ваши вещи. В данную минуту комнату убирают…

- Ладно, - вздохнул я, - можете вы послать от моего имени телекс, записав счет на моего друга, мистера… Эндрюса?

Дежурная сказала, что может послать телекс, я продиктовал, она повторила и заверила, что пошлет его немедленно.

- Я перезвоню вам, чтобы получить ответ.

Оказывается, Сара купила еще джинсы и сухие носки, мы выехали из деревни, нашли уединенное место и там переоделись. Это не была лучшая в мире одежда, зато она скрывала наши царапины.

- Куда сейчас? - спросил Джик. - В ближайший травмпункт?

- Назад к телефону.

- Господи боже всемогущий.

Джик привез нас к телефону, я позвонил в «Таунхауз». Девушка сказала, что получила ответ, и прочла его мне: «Сейчас же перезвоните по этому номеру». Девушка дважды продиктовала номер. Я повторил. «Да, правильно», - сказала она. Я поблагодарил ее.

- Нетруда. Простите, что так получилось с вашими вещами.

Я позвонил на международную станцию и дал номер телефона.

- Этот номер вызывается по срочной линии, - сказала телефонистка. - Разговор состоится через десять минут. Мы вам перезвоним.

Телефон висел в будке внутри магазина, и вокруг никаких скамеек. Я молил бога, чтобы кто-нибудь принес стул.

Десять минут тянулись очень медленно.