Его дальнейшее путешествие похоже на бесконечный побег. Он встречается в Бомбее с другом, и они вместе едут на север. Орчха, Кхаджурахо. Теперь уже разгар лета, и в долинах ощущаешь себя как возле жерла доменной печи, поэтому они забираются выше в горы, в Дхармасалу, где проводят в праздности несколько недель.

Все это время он старается вести себя как обычный путешественник, восхищаясь тем, что видит вокруг. Но почти никогда не может забыться, большую часть времени он пребывает в одном и том же месте в прошлом. Окружающий мир воспринимается им как нечто бесплотное, как блеклый сон, из которого он неизменно выныривает в грязной больничной палате.

Раза два до него доходят сообщения от Анны. Первое электронное письмо он получает спустя несколько недель после отъезда из Гоа. Сообщение изобилует опечатками и странными речевыми оборотами, это письмо с извинениями за то, что она сделала. Она пишет, что вышла из клиники и живет у родителей в городке неподалеку. Больше она ничего не рассказывает ему о своей жизни, хотя кое-что он продолжает узнавать от ее подруги. Например, ему известно, что она никак не может решить, чего хочет, то ли жить с женщиной, то ли сохранить связь с Жаном. Жан собирается приехать в Южную Африку, потом оказывается, что не собирается, потом снова собирается. Между тем, поскольку ей надоело жить в семье, Анна решает съехать с квартиры, которую делила со своей партнершей, и снять собственную. Но прежде чем успевает это сделать, снова оказывается в клинике. Она по-прежнему склонна к суициду, по-прежнему доставляет массу тревог. Весит она теперь пятьдесят пять килограммов и морит себя голодом. Она снова сжигает себя и ведет к концу. Большинство ее друзей, как и раньше, не хотят общаться с ней, а те немногие, которые общаются, сами состоят в тайном сговоре со смертью. Она приобрела ореол потусторонности, одновременно привлекательный и отталкивающий, поскольку переступила роковой порог, но вернулась.

Спустя еще несколько недель она снова присылает письмо. Ее опять выпустили из клиники, и она поняла, что, как только почувствует тягу к смерти, должна искать помощи. Теперь она спокойнее и лучше владеет собой, хотя, быть может, это просто безразличие депрессии. Жан с ней, они путешествуют. «Мы действительно хорошо ладим, — пишет она, — я счастлива, что он приехал. Похоже, у нас есть общее будущее. — Она добавляет, что собирается недели через две вернуться на работу, и заканчивает словами: — Береги себя, мой друг, надеюсь, что когда-нибудь ты найдешь в сердце силы простить меня».

Он не отвечает, просто потому, что не может. У него нет желания наказывать ее, но нет и сил ее простить; то, что произошло, вывело их отношения за пределы подобных понятий. Он не понимает, как она сама этого не видит. Они оказались в положении, когда язык бессилен, и, что бы ни случилось, он сомневается, что оно может измениться. Самый близкий контакт с Анной, который он может себе позволить, это разговоры о ней с ее партнершей, так он продолжает ее называть, хотя фактически она уже ею не является.