– Ты и правда так думаешь? – Матушка Рен склонила голову набок. – Лорд Свартингэм не сделал попытки присоединиться к нашим светским развлечениям. Он не принимает приглашений ни на чай, ни на ужин и не утруждает себя посещением церкви по воскресеньям.

– Я полагаю, он действительно держится особняком, – признала Анна.

– Некоторые говорят, что он слишком горд, чтобы участвовать в здешних деревенских развлечениях.

– Это правда.

– О, я знаю, что он довольно мил. – Матушка Рен налила себе вторую чашку чаю. – Почему же он тогда завтракал в этом самом доме с нами и был к тому же очень любезен? Но он не изменил своим правилам, чтобы расположить к себе многих других в деревне. Это не добавляет ничего хорошего его репутации.

Анна нахмурилась, глядя в свою тарелку с картофелем:

– Я не думала, что так много людей видят его в таком свете. Арендаторы на графских землях обожают его.

Матушка Рен кивнула:

– Арендаторы – вполне возможно. Но он также должен быть обходителен и с теми, кто занимает более высокое положение в обществе.

– Я постараюсь убедить его прийти на вечер. – Анна распрямила плечи. – Но это не так-то легко. Как ты говоришь, он не очень интересуется светскими мероприятиями.

Матушка Рен улыбнулась:

– А мы тем временем должны обсудить, что наденем на вечер.

– Я даже не подумала об этом. – Анна нахмурилась. – У меня только и есть что мое зеленое шелковое платье. И у нас просто недостаточно времени, чтобы сшить платья из материала, который я привезла из Лондона.

– Вот досада, – согласилась матушка Рен. – Но зеленое платье очень идет тебе, моя дорогая. Восхитительный цвет придает розовый оттенок щекам и так хорошо подчеркивает волосы. Хотя я полагаю, что вырез у платья печально устарел.

– Может быть, мы могли бы использовать украшения, которые миссис Рен купила в Лондоне, – робко сказала Фэнни. Она топталась рядом на протяжении всего разговора.

– Какая замечательная идея. – Матушка Рен просияла, заставив девушку покраснеть. – Пожалуй, лучше нам начать сегодня вечером.

– Да, в самом деле, но есть нечто, что я хочу выяснить, прежде чем мы начнем заниматься платьями.

Анна отодвинула стул и подошла к старому кухонному буфету. Она встала на колени, открыла нижний ящик и заглянула в него.

– Что ты ищешь, Анна? – спросила матушка Рен у нее из-за спины.

Анна отодвинулась от ящика и чихнула, прежде чем триумфально поднять пыльную маленькую банку.

– Мазь моей матери от синяков и ссадин.

Матушка Рен с сомнением посмотрела на баночку:

– Твоя мать была замечательной травницей, моя дорогая, и в прошлом мне много раз помогала ее мазь, но все-таки у нее неудачный запах. Ты уверена, что она тебе нужна?

Анна поднялась, проворно стряхивая пыль со своих юбок:

– О, это не для меня. Это для графа. С ним произошел несчастный случай из-за лошади.

– Несчастный случай из-за лошади? – Ее свекровь моргнула. – Он упал с нее?

– О нет. Лорд Свартингэм слишком хороший наездник, чтобы упасть с лошади, – сказала Анна. – Я не уверена, что точно произошло. По-моему, он не склонен это обсуждать. Но у него ужасные синяки на лице.

– На лице… – Матушка Рен задумчиво умолкла.

– Да, один его глаз выглядит довольно подбитым, а челюсть черно-синего цвета.

– Так ты намереваешься наложить эту мазь ему на лицо? – Матушка Рен прикрыла нос, будто из сочувствия.

Анна не обратила внимания на ее театральный жест.