Эдвард схватил Анну за руку:

– В какой стороне находится дом миссис Фэарчайлд?

– Это прямо. – Анна приподняла юбки и побежала по направлению к дому вместе с Эдвардом.

Парадная дверь дома Ребекки была приоткрыта. Дом стоял погруженный во тьму, лишь из входа на дорожку, ведущую к дому, падала полоска света. Эдвард толкнул дверь, и Анна последовала за ним внутрь. Она огляделась. Они стояли в главной прихожей, перед лестницей, идущей на верхний этаж. Нижняя ее часть освещалась тусклым светом из прихожей, но верхние ступени тонули в темноте. Ребекки нигде не было.

– Может, она смогла встать сама? – тяжело дыша, сказала Анна.

Вдруг раздался тихий стон с верхних ступенек. Анна побежала наверх, прежде чем Эдвард смог двигаться. Она услышала, как он разразился проклятиями позади нее.

Ребекка лежала на лестничной площадке посреди лестницы. Анна поблагодарила судьбу, что она не скатилась дальше вниз, по второму, более длинному лестничному пролету. Ее подруга лежала на боку, большой холм ее живота сильнее выступал вперед в этом положении. Ее бледное лицо блестело от пота. Анна прикусила губу.

– Ребекка, ты меня слышишь?

– Анна. – Ребекка протянула руку, и Анна схватила ее. – Слава богу, ты здесь. – Она тяжело вздохнула, и рука болезненно сжала руку Анны.

– Что с тобой? – спросила Анна.

– Ребенок. – Дыхание Ребекки было учащенным. – Он идет.

– Ты можешь подняться?

– Я такая неловкая. Я ударилась лодыжкой. – В глазах Ребекки стояли слезы, а на лице виднелись следы от потеков других слез. – Еще слишком рано для ребенка.

Неожиданно глаза Анны тоже наполнились слезами. Она сжала зубы, пытаясь сдержать их. Слезы не помогут ее подруге.

– Позвольте мне отнести вас в вашу комнату, миссис Фэарчайлд. – Низкий голос Эдварда прервал ее мысли.

Анна подняла глаза. Эдвард стоял рядом с ней, его лицо было серьезным. Она отошла в сторону, отпуская руку Ребекки. Эдвард просунул ладони под рожающую женщину, затем присел на корточки и взял ее на руки, прежде чем подняться одним плавным движением. Он повернулся – заметно осторожно, чтобы не задеть лодыжку Ребекки, – но она хныкала, схватившись руками за его камзол. Губы Эдварда сжались. Он кивнул Анне, и она пошла впереди него вверх по лестнице и по коридору на втором этаже. Единственная свеча мерцала на прикроватном столике в комнате Ребекки. Анна поспешила взять ее, чтобы зажечь несколько остальных. Эдвард повернулся боком, чтобы войти, а затем положил ее подругу очень осторожно на кровать. Только тут Анна заметила, что он очень бледен.

Она убрала влажную прядь волос со лба Ребекки.

– Где Джеймс?

Анне пришлось ждать ответа, потому что ее подругу пронзил очередной приступ боли. Ребекка тихо застонала, и ее спина изогнулась. Когда боль отступила, она сказала, тяжело дыша:

– Он поехал в Дресбери на день по делам. Обещал вернуться завтра после обеда. – Ребекка прикусила губу. – Он будет так зол на меня.

Эдвард пробормотал что-то резкое и подошел к темным окнам спальни.

– Не говори ерунды, – мягко побранила ее Анна. – Ты ни в чем не виновата.

– Если бы только я не упала со ступенек, – всхлипнула Ребекка.

Анна пыталась успокоить ее, когда внизу хлопнула входная дверь. Очевидно, приехал доктор. Эдвард извинился и вышел, чтобы проводить мужчину наверх.

Доктор Биллингс пытался сохранить невозмутимое выражение лица, но было очевидно, что он весьма обеспокоен. Он наложил повязку на лодыжку Ребекки, которая уже опухла и стала фиолетовой. Анна сидела у изголовья Ребекки, держа ее за руку и пытаясь успокоить. Это давалось нелегко.