— И эта помощь — мы, — Ланкорн выглядела очень серьезной. — Но нас всего пятеро против целой планеты.

— Не против планеты, — возразил Сифлот. — Против всего нескольких тысяч аристократов.

— Семь тысяч шестьсот сорок два человека, по последним данным, — уточнила Алуэн, — но не надо забывать, что есть еще около двадцати тысяч дворян, мужчин и женщин, которые, наверняка, выступят на стороне лордов.

— Мне кажется, даже им можно попытаться внушить преимущества демократии, — негромко вставил Магнус.

— Точно! Ты абсолютно прав, Гар! — Алуэн улыбнулась юноше, и он снова, как и всегда впрочем, ощутил ее улыбку всем телом. — Если мы сумеем внушить им уверенность в том, что именно они будут управлять миром при демократическом устройстве власти, они захотят иметь своих представителей в советах.

Магнус справился с волной поднявшегося в нем желания и заметил:

— Но тогда уже они будут угнетать серфов.

— Нет, если демократия будет основана на универсальных принципах, — покачала головой Алуэн, и Магнус замер, затаив дыхание. — Если они примут участие в правительстве на основе фундаментальных прав человека, неминуемо должны будут уважать эти права и в отношении других людей, в том числе серфов.

Нам только нужно, чтобы они это поняли.

— Именно, — Магнус нахмурился. Трудность и важность проблемы неожиданно освободила его от очарования руководительницы.

— Наша стратегия, — распространение сведений о правах человека. Вопрос лишь в том, как это делать, если всякий, кто упомянет о них, тут же будет арестован и заключен?

— Будем скрываться за шутками и слухами, и лорды первые станут их распространять, — предложил Сифлот.

Алуэн задумалась.

— Отличная мысль. Ты ведь, кажется, собирался стать бродячим циркачом, а, Сифлот?

— Всю жизнь мечтал об этом! — воскликнул юноша.

— Я восхищен тобой, — сказал Магнус, — но меня больше влечет другая тактика.

— Но ты сможешь повторять его шутки и байки, пересказывая их другим, — возразила Алуэн и поинтересовалась:

— А какую роль ты нашел для себя в этом обществе?

У Магнуса уже давно был готов ответ.

— Я вижу себя наемником, хорошо бы в чине лейтенанта.

Солдат удачи.

— Здорово, — Алуэн обрадованно кивнула. — Так ты сможешь подобраться к дворянам. Почти все наемники — выходцы из дворян, никто не заподозрит ничего. У тебя будет идеальная возможность распространять слухи, доходя даже до лордов. Но это очень рискованно, ты знаешь об этом?

Магнус кивнул, не доверяя своей способности говорить. Эта женщина, несомненно, отлично знает, какое действие оказывает на него, и также хорошо понимает, что на этот раз зарядила его сверх всякой меры! «Она не увидит этого!», — подумал юноша.

Да, его могут искалечить, может быть, ему суждено даже погибнуть, но он должен действовать, а другого способа он не видел для себя.

— Если я не справлюсь, позову на помощь, — пообещал он.

Алуэн махнула золотистой гривой волос, она знала, что Магнус имел в виду. Он говорил о своем космическом корабле, который следовал за ними все время их пути.

Она повернулась к Рагнару.

— А на какой роли остановился ты, Рагнар?

— Купец, — Рагнар пожал плечами.