Селия смущенно рассмеялась, круглые щеки ее порозовели. Она была пухленькой, но не толстой, таких женщин — без стеснения обнаженных и полулежащих на роскошных диванах — видишь на картинах под названием «Одалиска». Значит, это будущая невестка, подумала Барбара. Почему-то приятно было осознать, что Робину Пейну не нравятся тощие как жердь женщины.

Барбара протянула через стол руку.

— Барбара Хейверс. Отдел уголовного розыска Скотленд-Ярда. — Она тут же удивилась, зачем добавила последнее, как будто ничем другим не отличалась.

— Вы здесь из-за той девочки, да? — спросила Селия. — Ужасная история.

— Таковы, как правило, убийства.

— Ну, наш Робби доберется до сути дела, — смело провозгласила Коррин. — Даже не сомневайтесь. — Она положила на доску буквы «н» и «и» перед буквой «л» и тщательно подсчитала свои очки.

— Вы работаете с Робом? — поинтересовалась Селия.

Она взяла с блюда в цветочек печенье и деликатно откусила. Барбара сунула бы его в рот целиком, с наслаждением прожевала бы и запила любой имеющейся жидкостью. В данном случае чаем из чайника под лоскутным стеганым чехлом. Барбара обратила внимание, что Коррин не поспешила снять чехол, чтобы предложить ей чашку чая.

Настал момент, поняла она, покинуть сцену. Если «О!» Коррин не настолько ясно сказало об этом Барбаре, то теперешняя оплошность по части гостеприимства сомнений не оставляла.

— Робби работает с сержантом, — пояснила Коррин. — А она счастлива работать с ним, правда, Барбара?

— Он хороший полицейский, — ответила Барбара.

— Это правда. Первый в своем классе в школе детективов. Не прошло и двух дней, как закончил курс, а уже с головой в деле. Разве не так, Барбара?

Она пристально смотрела на нее, явно ожидая реакции Барбары, скорее всего реакции на данную ею оценку способностей Робина.

Круглые щеки Селии округлились еще больше, а голубые глаза засияли, быть может, при мысли о грядущих достижениях ее любимого на избранном им поприще.

— Я знала, что он добьется успеха в сыскной работе. Я так ему и сказала, когда он уезжал на курсы.

— И не просто в деле, заметьте, — продолжала Коррин, словно Селия и не говорила, — а именно в этом деле. В деле, которое ведет Скотленд-Ярд. И оно, моя дорогая, — тут она похлопала Селию по руке, — станет делом нашего Робби.

Селия обаятельно улыбнулась, прикусив нижнюю губу, как будто сдерживала свою радость.

— Желаю вам доброй ночи, — сказала Барбара. — Если Робин вернется в ближайшие полчаса, попросите его подняться ко мне? Нам нужно разобраться с некоторыми фактами.

— Конечно, я ему скажу, но, думаю, наш Робби будет занят здесь, — произнесла Коррин с многозначительным кивком в сторону Селии, которая разглядывала свои кубики. — Он ждет, пока окончательно не закрепится на новой работе. Как только он освоится, в его жизни произойдут большие перемены. Кое-какие решительные перемены. Правда, дорогая? — Она снова похлопала Селию по руке, девушка улыбнулась.

— Да. Конечно. Поздравляю. Желаю всего наилучшего, — сказала Барбара, чувствуя себя полной дурой.

Селия поблагодарила и аккуратненько положила на доску восемь кубиков. Барбара глянула, что за слово получилось. Селия дополнила слово «нил», составленное Коррин, и получила «куннилингус». Коррин в растерянности нахмурилась и взяла словарь, произнеся:

— Ты уверена, дорогая?

Барбара увидела, как расширились глаза Коррин, когда та прочла толкование слова.