— А ты не… — прошептала она. Его голос звучал еще более хрипло:

— Я — что?

— Ты не хочешь снять…

Поскольку она так и не смогла закончить предложение, Коннор пришел ей на помощь. Он приподнял простыню, прикрывавшую его нижнюю половину.

Глаза Мэгги слегка расширились. Он уже был раздет. И возбужден.

— Ты был так во мне уверен?

— Скажем, я надеялся.

Рассмеявшись, Мэгги отбросила одеяло и подвергла его такому же пристальному осмотру, каким он раньше воспламенил ее чувства. Окинула взглядом его широкие плечи, гладкую, выпуклую грудь, плоский живот. А затем изучающе посмотрела на его восставшую плоть.

— Ого! — тихо воскликнула она.

Коннор привлек ее к себе, затем перекатился и прижал Мэгги своим телом. Перенес вес на локти.

— Я приму это за комплимент.

— Правильно.

Затем его губы прильнули к ее губам. Он целовал ее глубоко, с жадностью. Она впустила его язык и сама проникла языком в его рот. Его колено раздвинуло ее ноги. Она приподняла бедра.

— Помоги мне, — приказал он.

Мэгги повиновалась. Ее ладонь сомкнулась вокруг его стержня, и он осторожно вошел в нее. Она уже была влажной. Их взгляды встретились и уже не расставались. Слившись воедино, они не двигались.

Зрачки ее зеленых глаз расширились, потемнели. Его глаза напоминали оникс. Дыхание их смешивались, горячее и сладкое.

Они снова слились в поцелуе, медленном и бесконечном. Языки их двигались в том ритме, в котором должны двигаться тела. Она обняла его бедрами, словно уложила в колыбель, прижимая к себе, сплетаясь с ним, не отпуская от себя. Потом поцелуй прервался. Губы Коннора скользнули по ее подбородку. Она дугой выгнула шею. Он приник ртом к ее горлу, словно пил с кожи. Дыхание у Мэгги перехватило, у нее вырвался сдавленный стон наслаждения.

Коннор начал двигаться. Его бедра поднимались опускались, сильно прижимаясь к ее телу. Руки Мэгги поднялись, ладони опустились на его плечи. Кончики пальцев еле ощутимо скользили по его коже. Она терлась о его тело, груди ее были плотно прижаты к его грудной клетке, соскам было приятно чувствовать жар и шероховатость его тела. Ноготь большого пальца прошелся вдоль его позвоночника, и Коннор содрогнулся, застонал и зарылся лицом в изгиб ее шеи. Мэгги улыбнулась.

Он слегка укусил ее. Улыбка исчезла. Она дотронулась до ямочек у основания его позвоночника. Он с силой вошел в нее. Ее рука прошлась по его спине. Пальцы вцепились в волосы на затылке. Он поднял голову и толкнул ее в нос кончиком своего носа. Поцеловал в щеку, потом в уютное местечко пониже уха, потом пушистые брови.

Мэгги изогнулась, плотно прижимаясь к нему. И на мгновение замерла в напряжении. Наслаждение растянулась, вытягивая ее в струнку, приподнимая в воздух.

Они начали двигаться одновременно, сначала медленно, подхватывая ритм, который продлил бы взаимное наслаждение. Сердце Коннора сжалось, когда волнение стало таким сильным, что грозило навсегда остановить дыхание в его теле. Он крепко прижимал ее к себе, окружая и защищая своим телом. Мэгги вскрикнула, повторяя его имя и содрогаясь, слившись с его телом. И его тело впитывало ее наслаждение, пока оно не стало его собственным. Он тихо застонал и прошептал ее имя, прижимаясь губами к ее коже.

Тела их горели и источали тепло. Им не хотелось шевелиться, и они не шевелились.

— Вот так мы начали, — сказала Мэгги, голос ее звучал хрипло и удивленно.

— Да.

Ей было приятно ощущать его тяжесть. Она закрыла глаза и просто прислушалась к ощущению его тела вокруг себя.

— Мне это нравится.

Коннор поцеловал уголок ее рта, затем соскользнул с нее и вытянулся рядом на боку.