|
– В большей! Потому что меня зовут не Бенедикт Руис. Я никогда не носил такого имени. Видите ли, когда я вступил в Общество, я не был таким оптимистом, как все вы, и не верил, что наша тайна может быть сохранена. Мое подлинное имя не было занесено в нашу базу данных, оно так и осталось нераскрытым после того, что сделала Сара Бомонт. – Он широко развел руками. – Так что я в безопасности. Я могу вернуться домой, чтобы доживать там остаток жизни. – Лицо его потемнело. – И познавать самого себя.
Кеннисон не знал, сердиться или радоваться. С одной стороны, ясно, что в Совете у него станет одним противником меньше. С другой, Руис окажется вне пределов досягаемости Общества. Как в свое время Куинн. «Интересно, много ли еще членов Общества проявило такую же предусмотрительность, как брат Руис, не введя в базу данных свое подлинное имя? В каком-то смысле мне будет не хватать этого старого прохвоста. Вот такие предусмотрительные люди и нужны будут мне в Совете. Но что, если слишком многие из нас исчезнут так же внезапно, как Руис? Не вызовет ли это подозрений?» – Бенедикт… – начал он. Руис уже встал с кресла, собираясь уходить, но остановился. – Да? – Наш корабль дал течь, но он еще не тонет. Большинство из нас не станет спасаться бегством, а постарается сделать все, что можно. И чтобы не подвергать опасности тех, кто останется, «Бенедикт Руис» должен исчезнуть, не вызвав никаких вопросов. Вы меня понимаете? Для публики «Руис» должен умереть. Вы обязаны это сделать ради братьев и сестер, которых вы покидаете. Руис некоторое время пристально смотрел на него, закусив губу. По-видимому, скрытый смысл слов Кеннисона его не смутил. – Да, пожалуй, – согласился он нехотя. – Я понимаю. Что вы предлагаете? Кеннисон секунду подумал. Не-надо ничего слишком мудреного. Чем сложнее план, тем больше шансов, что он окажется неудачным. – Когда соберетесь покинуть Сан-Диего, отправьтесь на яхте и упадите за борт где-нибудь в открытом море. Утоните. Вы можете это устроить? Руис, подумав, кивнул. – Да. Есть люди, которым я доверяю. Люди, тесно связанные корнями с моим родом. Они могут устроить все как надо и потом вернуться. Я… – Он осекся и наклонил голову набок, прислушиваясь. Потом быстро подошел к двери и распахнул ее. Там никого не было. – Кто еще сейчас в доме? – резко спросил он. – Только мои служащие. А что? – Мне показалось, что я слышал какой-то шорох за дверью. Как будто кто-то подслушивал. Вы им доверяете? Вашим служащим? Кеннисон обиженно кивнул. – Я готов доверить им свою жизнь. Руис тоже кивнул и улыбнулся. – Может быть, и придется, брат. Может быть, и придется.
– Тайная Шестерка, – сказал Норрис Босуорт. Ред Мелоун, подняв брови, посмотрел сначала на Умника, потом на Уолтера Половски. Он заложил пальцем книгу, которую читал, и спросил: – О чем он говорит, Уолт? Половски пожал плечами. – Пойдем пройдемся. Ред захлопнул книгу. – Хорошо. Он встал и протянул книгу библиотекарю. Половски взглянул на обложку. – Освежаешь в памяти устав, брат Мелоун? – Время от времени полезно окунуться в ту первобытную грязь, из которой все мы произошли. Половски фыркнул. Они вышли из библиотеки. Босуорт тащился за ними, как приблудный щенок. Войдя в лифт, Ред нажал кнопку этажа, где находился выход на поверхность. Лифт двинулся вверх. Босуорт хотел что-то сказать, но Ред жестом остановил его. Когда они вышли на поверхность, Половски усмехнулся. |
