— Типа культурный центр. Ну, то здание, откуда тебя Марика вытащила, — пояснил парень.

— А, ясно, — кивнул я. — И это, спасибо. Марике привет передайте.

Не дожидаясь ответа, я повернулся к ребятам спиной и поплёлся по тёмному узкому проулку к тому месту, где виднелась, судя по всему, главная улица.

— Ты что придурок? — услышал я шипение за спиной. — Я же тебе только что сказал, что он семерых вампиров в фарш превратил. Ты кого брать собрался?

— Да он же тощий совсем. Может, ты перепутал?

— Так он их не гантелями ведь дубасил — он же маг. Хотя и голыми руками тоже…

Голоса перешёптывающихся ребят становились всё тише. Похоже, они так и стояли, продолжая смотреть мне в спину, а я тем временем пытался вернуть полную власть над своими ногами.

Не люблю это состояние, когда организм устраивает забастовку и совершенно отказываться сотрудничать. Я в любом случае докажу ему, кто здесь главный, но сам процесс борьбы за главенство вызывает раздражение. Параллельно я разминал плечи и руки. Этакий городской физкультурник. Ковылял и разминался. По идее, надо бы бежать, но это оказалось непростой задачей.

Улицы по-прежнему были пустыми, но теперь у меня не было вопросов из-за чего. Все местные сейчас находились в культурном центре.

Те двое и правда смогли меня далеко утащить. До места я добирался минут десять, хоть и торопился, как мог. Эх, надо было не самому топать, а тех доброхотов заставить обратно меня дотащить.

Пока ковылял, размышлял о Луизе. О том, как она выглядела тогда, а видок у неё был поистине жуткий. Я ведь помню, как выглядел, когда впервые активировал Берсерка и когда он забрал почти всю мою жизненную энергию. И то я так не выглядел. Видимо, она отдала куда больше, чем могла. Не знаю, о чём она думала, но я запомнил и оценил. Я вообще редко забываю чужую доброту. Её слишком мало в мире. А когда кто-то не из расчёта, а по велению необъяснимых мотивов жертвует собой и выкладывается на полную, это явление редкое и стоит дорого. А ещё, чужая доброта — это нечто очень хрупкое, как побег цветочка. Чуть ветер дунет, и хана цветку. Надо такое оберегать и охранять.

А вспомнить сколько смолы было на арене. Я точно из себя столько не выжал бы. Получается, я высасывал досуха её.

На половине пути я додумался позвать Баалёнку, но та не откликалась. Надеюсь, с ней там всё хорошо.

Радовало, что хоть погода была солнечной. Если бы сейчас задувал ветер и пошёл дождь, я бы точно посреди дороги прилёг отдохнуть.

Одной из самых непростых задач оказалось открыть тяжёлую дверь. Раньше у меня это не вызвало серьёзных затруднений, зато теперь стало целой проблемой.

Уцепившись за тяжёлые ручки, я дёрнул всем телом и, когда та поддалась, едва не свалился на задницу.

Кое-как поборов дверь, я проник во внутренний зал. На этот раз атмосфера фойе несколько отличалась. Если в первое посещение, когда я заходил сюда в сопровождении Крама и Гроуфакса, до меня доносился неясный гул, то теперь в главном зале явно кто-то кричал. Причём так громко, что я даже различал отдельные фразы.

Наконец распахнув вторую дверь, я оказался в знакомом уже месте.

— Я требую отмены результатов, — я узнал голос Фериора Кана и даже догадался, о чём он. Только вот мне сейчас не до него — нужно найти Луизу.

Попытался прикинуть, где она находилась, когда видел её в последний раз, и принялся прорываться к тому месту через толпу эрков. Некоторые узнавали меня и молча расступались, ошалело глядя вслед. Кто-то даже одобрительно кивал, но я не обращал внимания. Я заметил, как один из эрков хотел хлопнуть меня по плечу, но его тут же одёрнул другой.

— Вы много чего успели сегодня сказать, господин Фериор, не усугубляйте ситуацию, — этот голос я не узнал, но мне показалось, что принадлежал он кому-то серьёзному.