|
Не верите? Проверьте! Девять, из десяти опрошенных вами наугад, респондентов, имеющих хоть какое – то, в пределах школьной программы, представление о династии Романовых, либо вовсе не упомянут государя Федора Алексеевича – сына царя Алексея Михайловича, либо перепутают его с царем Федором Иоанновичем – сыном Ивана Грозного. А, если вспомнят – то с добавлением, «да он царствовал то всего – ничего»… Между тем, сводный брат Петра I, правил с 30 января 1676 года до своей смерти 27 апреля 1682 года – шесть лет и три месяца – срок немалый! Для сравнения: почти столько же находился у власти М. С. Горбачев с 11 марта 1985 года, по 27 декабря 1991 года. И за время своего царствования, государь Федор Алексеевич, начал реформы, в дальнейшем развитые или приписываемые Петру I, и создал благотворную почву для их проведения.
Так что, вполне уместно, прежде, чем попытаться расплести романовский узел династийных взаимоотношений, рассмотреть, когда же он заплетался и как завязывался в тугую конструкцию, коя влияла на российскую действительность почти полтора века.
Государь Тишайший
Россия, пережившая чудовищную смуту, в конце семнадцатого столетия являла собою, если можно так выразиться, «демократически избранную монархию». Правление первого государя из династии Романовых – Михаила Федоровича, весьма отдаленно напоминало абсолютную монархию, созданную впоследствии, «велением Петра». Царь являлся фигурой во многом «представительской». В нем видели воплощение национально религиозной идеи монархизма: «Государь Богоизбранный Предстатель в едином лице перед Господом за всю державу Православную». Отсюда, сам процесс не избрания, а призвания царя, по религиозно философской своей сути, разительно отличался, например, от выборов, скажем, президента, когда выбирают из достойных самого достойного, способного сохранить державу и продвигать ее к процветанию. Призвание Государя на Царство, скорее, не выбор, а процесс опознания будущего Предстоятеля за народ в Царствии Божием и на Страшном суде, дарованного Господом православным людям по молитвам их или же, равным образом, по грехам. То есть, царь таков, какого достойны на данный исторический момент его подданные. Государь – своеобразное воплощение державы в едином персонифицированном качестве. Отсюда, например, неприкосновенность царственной особы, о которой вспомнили, прочти через столетие, после того, как Помазанника Божия и всю его царственную семью расстреляли и заехали в политический, экономический и духовный тупик. Тогда то и припомнили клятву, взятую с народа дальновидной матерью Михаила Федоровича. Вспомнили и о том, что Божье Помазание, избрание монарха – «Господня воля», может не совпадать с желаниями и чаяниями, тех, кто участвует в его призвании на царство, и с даже желанием самого избранника. Теоретически, Божий избранник – Помазанник Божий может быть и не особенно связан с правящей династией. Скажем, Михаил Романов был самый слабый претендент на российский престол. Он и по юности, и по слабохарактерности своей, роли монарха боялся – плакал, умоляя пронести эту чашу скорбей мимо него. Однако, личная воля и устремления, избираемого Богом к царственному служению, историей во внимание не принимаются! Размышляя о событиях допетровского времени, необходимо учитывать, что сознание русских людей тогда оставалось исключительно религиозным, и очень многое они понимали и переживали совсем не так как мы – нынешние. Моделью подобного понимания призвания на царство служил библейский аналог – помазание на царство пророком Самуилом пастуха Давида, который был тогда еще подростком и не помышлял ни о славе, ни о подвигах, ни тем более о царствовании. (Библия. Ветхий Завет. Первая книга Царств, гл. 16) Призвание Михаила Романова было утверждением «правды и порядка» в державе, ибо «глава семьи – отец, глава державы – царь». |
