— Остановите на минуточку, — сказал следователь водителю.

— Скажите, пожалуйста, в посёлке Тора-но Ки в последнее время ничего не случилось? — спросил следователь у старухи-хозяйки.

— Нет, ничего такого. А по-вашему, там что-то случилось?

— Нет, нет, — засмеялся он. — Просто я некоторое время не приезжал к вам. Вот и подумал: может, кто из жителей Тора-но Ки уехал куда в другое место.

— Никто из них никуда не уезжал, — покачав головой, ответила старуха. — Жизнь теперь несладкая — цены на древесный уголь упали. Так что разговоры о том, чтобы заняться чем-то другим и уехать отсюда, ходят. Но пока все живут, как жили.

— А не похоже, чтобы кто-нибудь из других мест приехал в Тора-но Ки?

Но старуха отрицала и это.

Компания двинулась дальше. Перед развилкой, где на Тора-но Ки отходила узкая тропа, джип остановился. Они направились к посёлку. Внизу, под крутым обрывом, густо поросшим травой и деревьями, бурлил горный поток. Солнце жарило нещадно. Парило. Лес, казалось, никогда не кончится. Наконец в низине показался посёлок. Маленькие, низенькие, похожие одна на другую хибарки беспорядочно сгрудились на тесном клочке земли.

Преодолев последний холм, они спустились в посёлок и увидели, что люди высыпали на улицу, заинтересованные неожиданным появлением полиции. В основном это были женщины с детьми. Все бедно одетые, как следует не причёсанные, без косметики. Лица грубые, как у мужчин, и почерневшие на солнце.

— Тасиро-сан, где тот дом? Вспомните, пожалуйста, — попросил следователь.

Тогда, ночью, здесь царила кромешная тьма. Единственной зацепкой был пожар. Тасиро надеялся обнаружить пепелище. И ещё: к дому вели каменные ступени. Он точно помнил, что спускался по ним, убегая.

— Вот, — показал Тасиро следователю, — сюда меня привели.

Следователь обошёл вокруг дома.

— Ну что ж, попробуем зайти.

Сгорела задняя половина дома. Со стороны входа он был цел. Заглянули в окошко — нет ли кого внутри. Таблички с именем хозяев у входа не было. Дверь заперта.

Следователь Цуцуи постучал. Ответа не было. Тогда он обратился к женщинам, наблюдавшим за происходящим:

— А что, здесь никто не живёт?

— Никого там нет, — ухмыляясь, ответила одна из женщин.

— Как никого нет?

— А вот так. Этот дом используется для собраний. Там давно никто не живёт.

Это было неожиданно даже для следователя. Зачем посёлку в десять домов дом для собраний?

— И никто не присматривает за домом? — Следователь посмотрел на пепелище. — Да, похоже, никто не присматривал.

— Вы правы. Мы недосмотрели, и случился пожар.

— В полицию заявили о пожаре?

— Заявили, как положено.

— Какова причина пожара?

Услышав этот вопрос, одна из женщин слегка улыбнулась:

— Это неосторожность, господин.

— Неосторожность? Что вы имеете в виду?

— Дом используется для собраний, в нём всегда есть люди, вот кто-то и обронил окурок.

Тасиро стоял рядом и слышал весь этот разговор. Он забеспокоился: ведь пожар устроила Кири-но Онна — вдруг это обнаружится? Но, к счастью, полицейский прибыл сюда не пожар расследовать, и разговор на этом закончился.

— А что, позавчера вечером в этом доме тоже собирались?

— Не-ет, позавчера никакого собрания не было.

— Вы не правы, — сказал следователь, — вечером, от девяти до десяти часов, тут точно собралось четыре или пять человек.