Он с интересом рассматривал мои волосы цвета спелой пшеницы, словно никогда до этого не видел их распущенными. Они уже высохли после душа, спадали волнами вниз, завиваясь на концах в небольшие упругие колечки и доставая почти до плеч.

— Не слишком поздно для официального визита, майор? — хрипло сказала я и отошла назад, уступая ему дорогу.

8

Прикрыв за собой дверь, Сергей ловким движением ног избавился от ботинок и прошел. Про себя я отметила, что он успел переодеться. Теперь на нем были достаточно обтягивающие, но не слишком узкие джинсы горчичного цвета, серая футболка, еле сдерживающая натиск мускулов, и простенькая куртка. В слабом свете телевизора его лицо выглядело гладко выбритым. Повесив куртку на вешалку, он подошел ближе, и я почувствовала себя слабой и беспомощной как никогда.

— Не нужно паясничать, я пришел к тебе как друг.

— Сомневаюсь, что нам удастся подружиться, — съязвила я.

— У тебя выключен телефон, я переживал. Зная твою страсть к авантюрам…

— Он просто разрядился. — Я скрестила руки на груди. Мне начинал надоедать его отеческий тон в общении со мной. — Какие новости о ходе расследования?

— Новости есть, я обязательно поделюсь с тобой. Вижу, как ты напряжена. Я сегодня весь день думал… Нам нужно поговорить, — почти шепотом произнес он.

— Да уж, пора заканчивать эту игру в гляделки, — усмехнулась я, отошла от него и села прямо на пол перед телевизором, наклонив голову на диван.

Между нами было слишком много электричества, чтобы можно было вот так просто стоять в темноте на расстоянии вытянутой руки. Немного помедлив, Сергей опустился на колени и устроился рядом. Я почувствовала приятный аромат, исходивший от него.

По телевизору показывали какую-то мелодраму с бесконечными стенаниями главной героини. Оторвавшись от экрана, я взглянула ему в лицо:

— Тебя, наверное, ждут дома в такой час.

— Вообще, я на дежурстве, — смутился он, пошарил у себя в кармане и проверил, включен ли телефон, — но дома меня никто не ждет. Я свободен… от каких-либо отношений, если ты про это.

— Нет, это меня совершенно не волнует, — с напускным спокойствием ответила я.

— Мне нельзя сейчас быть здесь, — его глаза продолжали меня разглядывать. Отражаясь в них, я ощущала себя красивее, чем на самом деле.

— Я тоже не в восторге от того, что сижу здесь с тобой.

— Ты очень сильно похудела за эти дни, Саша.

— Не уходи от темы. — Я потянулась и кончиками пальцев зацепила бутылку шампанского. Она все еще была холодной. Ловко поймав ее на лету, я оторвала фольгу и открутила проволоку. Сергей был ошеломлен моим поведением, но оправдываться было не в моих правилах. Ужасно хотелось пригубить игристый напиток и забыться.

Мне было все равно, что я совершаю очередную ошибку. Пробка взлетела к потолку.

Убрав ладонью влажные капли с внешней стороны бутылки, я пригубила шампанское, сделав сразу три жадных глотка. Присутствие этого мужчины щекотало нервы: предстояло разобраться в своих чувствах к этому человеку. Разочарование, злость, сожаление, обида отходили на второй план, уступая место нахлынувшему, сносящему всё вокруг как лавина влечению. Чувствуя, как нарастает во всем теле тепло, я глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться.

— Я ничего о тебе не знаю. — Мне пришлось сделать усилие, чтобы повернуться и посмотреть ему в глаза. — Стоит ли тебе доверять? Какие у тебя планы? Мы с тобой, кроме убийства, ни разу даже ни о чем отвлеченном не разговаривали! Но ты приходишь каждый день, приносишь пакеты с едой, сидишь здесь со мной, а на часах, между тем, почти полночь.