Сэмми глаза сломал, читая и перечитывая отчеты о работе Нолы Бриггс. Такие отчеты составлялись питбоссами каждую неделю и служили своего рода личными картами дилеров: там оценивались мастерство, внешний вид, приводились комментарии клиентов и, самое главное, указывался процент выигрышей и проигрышей дилера. Судя по отчетам, до сих пор Нола Бриггс была просто образцовым работником.

– Я так не думаю, – сказал Сэмми.

– Ты что, спорить со мной решил? – вскинулся Ник.

– Вы платите мне за то, чтобы я говорил правду, – уперся Сэмми. – И я честно отрабатываю свои деньги, вот и все.

– Рад слышать. – Ник встал и подошел к огромному, во всю стену, окну. Две недели назад ему пришлось уволить команду садовников, и лужайки уже поблекли и пожелтели. Когда-то у него было самое шикарное в городе казино, и играли здесь по-крупному, а потом – он и «мяу» сказать не успел! – его заведение превратилось в болото, где отираются неудачники да туристы.

– Как ты думаешь, почему она на это пошла? – поинтересовался Ник. – Из-за денег?

– Мы проверили ее банковские счета. На жизнь ей вполне хватало.

– Полагаешь, жадность обуяла?

– Нет, – возразил Сэмми. – Она сделала это назло.

– Назло кому? Неужто придурку Уайли?

– Нет. Назло вам.

Ник уставился в отражение Сэмми в стекле – так он еще больше походил на привидение. Да, глава его службы безопасности явно созрел для дома престарелых.

– Повтори-ка.

– Она сделала это назло вам, – повторил Сэмми. – Вы ее трахнули.

Ник аж подскочил, развернулся и ткнул Сэмми незажженной сигарой в грудь.

– Ну-ка, следи за своим грязным языком!

– Да, сэр.

– И каким же это образом я ее трахнул?

– Вы трахнули ее, – пояснил Сэмми, – вставив свой мужской половой орган в ее женский половой орган.

– Ты что, анатомии меня учить вздумал?! – прорычал Ник. – Кто, твою мать, сказал тебе, что я ее трахал?

– Уайли, – отозвался Сэмми.

– А он сообщил тебе, когда именно это предполагаемое действие имело место быть?

– Уайли сказал, что она появилась здесь лет десять назад. Дотащилась до Вегаса на своем драндулете откуда-то с Восточного побережья, и ее развалюха приказала долго жить прямо на нашей стоянке. Вы ее увидели и пригласили в свои апартаменты. Ну а потом – сами знаете, как это бывает, – бултых!

– Бултых?!

– Ну, в смысле, бултых в койку.

Ник потер лоб, силясь вспомнить.

– Слушай, наверное, это случилось еще до того, как я бросил пить.

– Уайли и говорит, что как раз незадолго.

– Еще один скелет в шкафу, да?

– Боюсь, что так, босс.

Ник печально покачал головой. Пить он бросил десять лет назад, но все еще расплачивался за прошлые грехи. А пил в свое время он мощно, в результате чего целые пласты существования были начисто смыты из памяти – он почти ничего не помнил ни о первых своих двух женах, ни о пылких любовных увлечениях и во многом полагался на Уайли и других старых работников. А уж они-то не упускали случая напомнить ему о былых свершениях.

– Ты сказал, что девушка работала у нас почти десять лет. Как же получилось, что я ее в лицо совсем не знаю?

– А она работала в ночную смену. И когда это случилось, заменяла другую девушку.

– Она что, все десять лет в ночную смену работала?

– Уайли говорит, она сама так хотела.