Ответьте мне честно, по совести: вы ему верите?
«Только правда может спасти нас, – повторил себе Крэш. – Только правда». Ему казалось, он знает, что происходит в мозгу Ди. Если Калибан действительно сумеет спасти Беддла, требование Первого Закона защитить его потеряет силу. И тогда возможно – только возможно! – она сумеет приступить к действиям и осуществить заключительную фазу операции. Или он в чем-то ошибается? Вдруг она отдаст приказ осуществить «Последний барьер»? Вдруг опасность, в которой оказался Беддл, была для нее лишь прикрытием, поводом для того, чтобы избавиться от необходимости делать невозможный выбор? Разве тут угадаешь!
Допустим, он скажет ей то, что она хочет услышать, а результат окажется диаметрально противоположным? Допустим он обманет ее… а потом Калибан снова выйдет на связь и передаст что-нибудь такое, после чего станет очевидным, что Крэш – лжец?
Нет, что бы он ей ни сказал, исход предсказать невозможно. Значит, надо говорить правду. Если от тех слов, которые он сейчас произнесет, зависит судьба планеты, пусть лучше они будут правдой.
Но в чем, черт побери, заключается эта правда? Говорил ли ее Калибан и верно ли он оценил ситуацию? А может быть, у него появилась какая-то бредовая идея о том, как можно спасти мир с помощью этой лжи?
Крэш понимал, что Калибан способен солгать, но вот станет ли он лгать? Лжет ли он сейчас? Он не имел ни малейшего представления о том, что задумал робот и какие мотивы руководят его действиями.
– Правитель Крэш? Я жду вашего ответа.
– Да, конечно, Ди. Но я должен все тщательно обдумать.
– Это разумно, сэр, но у нас очень мало времени.
Как будто ему надо было об этом напоминать!
– Еще одну минуту, – попросил Крэш. Интересно, для чего модулю Ди так срочно понадобилось его мнение по этому вопросу?
Как жаль, что здесь нет Фреды. Она со своим опытом была бы сейчас незаменима и смогла бы провести его мимо всех подводных камней общения с модулем Ди. Но Ди приказала, чтобы Крэш находился один, и он не смел нарушить их соглашение – даже ради бесценных советов Фреды.
Стоп! Фреда… Калибан упомянул имя и честь Фреды. Вот – ответ. Вот – разгадка. Раньше Крэш никогда не утруждал себя долгими размышлениями о том, что представляет собой Калибан. В его понимании робот без Законов мог быть кем угодно – изгнанником, жертвой, героем, злодеем, заговорщиком, рупором лояльности и подстрекателем к бунту. Но подсознательно Крэш был убежден в цельности его натуры. Калибан был действительно неподвластен внешним законом, но он никогда не изменял тем законам, которые написал для себя сам.
И он всегда с огромным уважением относился в доктору Ливинг – своему создателю и патрону. Калибан всегда считал ее человеком чести.
Теперь все выстроилось в одну цепочку. Калибан ни за что не будет лгать, прикрываясь именем своего создателя.
– Калибану можно верить, – сказал он наконец. – Он говорит правду и способен сделать то, что обещает.
– Благодарю вас, Правитель. Я верю вам и думаю, что вы не ошибаетесь. Пожалуйста, не уходите со связи.
После короткой паузы в наушниках зазвучал сдвоенный голос. Модули Ди и Дум снова заговорили в унисон:
– Нначчальнаая фаззаа запррограммирроваанного коннеччного поддлеттаа начнеетсся черрезз одинн часс двввадцать двве миинутыы.
Только сейчас Крэш заметил, что не дышит, и с шумом выпустил воздух. Все получится. Все получится именно так, как это задумал Давло Лентралл всего два месяца и целую жизнь назад.
Теперь дело за малым – за двенадцатью огромными обломками кометы, которые должны врезаться в планету.
Валгаллу так и не нашли. И если сейчас не следят за его аэрокаром, уже не найдут никогда. |