|
При этом его создатели подчеркивают, что этот список тревожных признаков нельзя ни в коем случае считать истиной в последней инстанции и что сделать какие-либо выводы лишь на основе одного или двух не связанных между собой инцидентов или просто какого-то «неудачного дня» из жизни ребенка невозможно. Тот, кто действительно способен совершить такое жестокое преступление, как расстрел других детей, должен проявлять целый ряд поведенческих особенностей как в школе, так и дома. Точно так же как тот, кто может быть назван психопатом, должен проявлять целый набор психопатических черт.
Чтобы проверить, насколько действенной может оказаться агрессия ребенка, ФБР предлагает родителям и учителям изучить самые разные сферы его жизни, его поведение в школе, с друзьями и в семье, а также его личностные характеристики. Но наибольшую роль в предсказании актов насилия ФБР отвело так называемым «утечкам». «Утечка» случается тогда, когда подросток, сознательно или нет, намекает на какие-то свои чувства, мысли, фантазии, взгляды на мир или намерения, связанные с насилием, — неважно, в форме ли пустых угроз, хвастовства, скользких шуток или ультиматумов. Они могут выражаться не напрямую, а опосредованно: в дневниковых записях, песнях, стихотворениях, рисунках, татуировках, домашнем видео. Возможно, как только они сорвутся у него с языка или выразятся как-то иначе, подросток тут же смутится и начнет оправдываться, говоря, что тут «ничего такого». Тем не менее, любая такая «утечка» свидетельствует о вполне реальной угрозе.
Конечно, сразу бить тревогу не нужно: по статистике, палить в школе решаются все-таки очень немногие подростки. Но во избежание трагических последствий и учителя, и заподозрившие неладное родители должны всегда быть в курсе того, что делает их ребенок дома, с друзьями и в школе. Руководство утверждает, что «агрессивное поведение развивается поступательно», поэтому только от взрослых зависит то, смогут ли они вовремя заметить очевидные признаки зарождающейся жестокости.
История Брайана Блэквелла, «идеального сына», ставшего убийцей
5 сентября 2004 года двое ливерпульских полицейских подъехали к дому семьи Блэквелл по вызову соседа, который почувствовал сильный запах и, подойдя ближе, увидел, что окна облеплены мухами. Хотя он уже несколько недель не встречал мистера и миссис Блэквелл, совсем недавно он видел, как из дверей выходит их сын Брайан.
Внутри полицейские обнаружили тела 71-летнего Сидни Блэквелла и его 60-летней супруги Жаклин в глубокой стадии разложения. На обоих были многочисленные тяжелые повреждения.
Их 18-летний сын Брайан был вскоре найден в доме своей подруги. Он заявил, что последний раз видел родителей 23 июля, перед отъездом на каникулы в США, и возвращался с тех пор домой лишь дважды: 10 августа, чтобы взять ключи от машины, стоявшей в гараже, и «двумя или тремя днями ранее», чтобы забрать с крыльца почту. Его тут же арестовали по подозрению в убийстве родителей. Позже его приговорили к пожизненному заключению — он сам сознался в преступлении, которое совершил, по его собственным словам, в состоянии ограниченной вменяемости. В июле 2011 года он должен был подавать апелляцию, но еще в момент оглашения приговора судья сказал: «Состав данного преступления предполагает, что подобное заключение [о том, что Брайан больше не представляет угрозы обществу] не будет сделано никогда».
Все, кто знал семью Блэквелл, были в шоке от происшедшего. Брайан был образцово-показательным школьником: выигрывал призы по гуманитарным предметам, обучался в престижной частной школе, сдавал на отлично все экзамены — и совсем недавно получил предложения поступить на медицинский факультет Ноттингемского или Эдинбургского университетов. К тому же он был перспективным теннисистом и даже участвовал в соревнованиях при финансовой поддержке одной австралийской фирмы. |