С левого борта они вдруг увидели приспущенный трап.

— Пойдемте посмотрим! — тихо сказала Шарнилар.

Крис Джонс, стоя в лодке, поймал конец веревки, свешивавшейся вниз, и вскарабкался наверх. Он развязал и спустил трап. Через несколько секунд все оказались на палубе.

Ни души. Повсюду было тихо. Малко пробрался до командного мостика. Там было темно, и дверь закрыта. Он осмотрелся. Ни на палубе, ни на корме не было видно «Зодиака», на котором убийцы Нормы Дайер добрались с острова до яхты. Значит, кто-то из пассажиров взял катер, чтобы отправиться на берег.

Малко попробовал ручки нескольких дверей, ведущих внутрь. Они были заперты. В этот момент раздался звук разбитого стекла. Он устремился в ту сторону.

Шарнилар разбила рукояткой пистолета стекло в одной из дверей надстройки и, просунув в отверстие руку, открывала дверь изнутри. Обе створки медленно раздвинулись, и они оказались в салоне, откуда вели лестницы к каютам.

Как почти на всех судах, экипаж должен был спать спереди, что объясняло, почему никто не отреагировал на шум.

— Оставайтесь здесь, — шепнул Малко телохранителям. — Мы посмотрим внутри.

Милтон протянул ему электрический фонарик. Посветив, Малко увидел лестницу, ведущую вниз. Он двинулся по ней, сопровождаемый Шарнилар. Толстый палас приглушал звук шагов, и горящие ночники позволили погасить фонарь. Они оказались в коридоре с полудюжиной дверей.

Малко осторожно открыл первую слева, держа в руке пистолет, и зажег свет.

Здесь никого не было. Постель оставалась нетронутой.

Он погасил свет и перешел к следующей двери. Там оказалось то же самое. Еще две. Можно было подумать, что на судне оставался только экипаж... Они уже почти расслабились, когда открыли последнюю дверь и зажгли свет. Поток адреналина хлынул в жилы Малко. На этот раз каюта не была пустой!

Разбуженный светом высокий здоровяк с черными усами, обнаженным торсом и перевязанным правым плечом вскочил с постели и протянул руку к лежащему на ночном столике пистолету. Одним прыжком Малко подскочил к нему и уткнул ствол своего пистолета в его шею. Тот понял этот жест и остался нем и неподвижен, испуганно переводя взгляд с Малко на Шарнилар. Та стала мертвенно-бледной. Малко увидел, как ее золотая «беретта» стала мелко дрожать.

— Это он, — сказала она, — тот гнусный тип, который...

Малко узнал одного из трех иранцев, совершивших нападение на Гудзон-стрит. Ему показывали их фотографии. Шарнилар навела на него свой пистолет, и тот не осмеливался даже вздохнуть. Малко сказал себе, что она сейчас его убьет, и стал между ними.

— Вы один на борту? — спросил он по-английски.

Иранец утвердительно кивнул головой.

— А где остальные?

— На берегу.

— Вставай, — проговорила вдруг Шарнилар. — Быстро!

— Не убивай его, — сказал Малко. — Что ты хочешь делать?

— Увести его, — сказала она.

Голос молодой женщины прозвучал как удар хлыста, срываясь почти на крик. Спуск ее «беретты» был дожат почти до конца.

— Он пойдет с нами или я всажу ему пулю в лоб.

Иранец медленно откинул простыню. На нем были только трусы, и он потянулся к брюкам.

— Иди так! — приказала Шарнилар.

Она отодвинулась немного, чтобы пропустить его. Тот стал медленно подниматься.

Они вышли в салон, молча пересекли его и появились перед американцами. Крис быстро понял все и приставил свой «узи» к лицу пленника.