– Вы же не сделаете этого, милорд!

– Почему не сделаю? Сделаю, если мистер Чевиот сам хочет этого!

– Чевиот не понял даже половины того, что вы ему сказали! За все годы своей врачебной практики я не встречал человека, в котором было бы столько дурного. Я знаю, конечно, какое терпение и выдержку вам пришлось проявить! Похоже, мистер Чевиот ненавидит вас за это еще больше. Он злой и испорченный человек! Но это… Нет, так не годится, милорд!

– Годится! Эустаз не может понять, почему я это делаю. Но он ведь хочет жениться. А так как мое единственное желание – избавиться от наследства, то я ничуть не смущен тем, что мне приходится в чем-то обмануть его.

– Да, конечно. Но что это даст, милорд? – упорствовал доктор. – Если его сейчас женить, это вряд ли поможет мистеру Николасу. По-моему…

– О, я сейчас совсем не думаю о Ники! – покачал головой лорд Карлион. – Ники ничто не угрожает. Но для леди будет лучше, если никто не узнает, что сейчас она впервые увидела Чевиота. Думаю, это можно будет устроить.

– О Господи! – тихо прошептал доктор. – Неужели она на самом деле ни разу не видела его? Ваши планы мне совершенно непонятны, милорд! Как вы собираетесь это устроить?

– Можно сказать, что обручение произошло давно, но его пришлось держать в тайне.

– Держать в тайне! – не выдержал Гринло. – Но почему?

Карлион остановился и оглянулся на доктора, который стоял несколькими ступеньками выше.

– Мой дорогой сэр, – сказал он с улыбкой, – по одной-единственной причине. Только из страха, что мои дьявольские замыслы могут его расстроить!

– Мистер Эдуард! – испуганно произнес Гринло. – То есть, милорд Карлион!..

– Да?

Доктор смотрел на него сверху вниз горящими глазами.

– Нет, ничего! – буркнул Гринло и вернулся к своему пациенту.

На первом этаже у лестницы Карлиона ждал хозяин гостиницы. Он вышел из столовой, чтобы встретить его светлость.

– Милорд, леди отказывается от еды и кофе, – сообщил Хитчин. – А священник, как обычно, попросил свой любимый джин «Холландс».

– Очень хорошо. У вас найдутся перо, бумага и чернила? Хитчин озадаченно нахмурился и сказал, что у него есть и перо, и бумага, и чернила. Неожиданно его лицо посветлело.

– Ну конечно же, как я сразу не догадался! Мистер Эустаз пожелал написать завещание! – обрадованно воскликнул он. – Но мне становится немного не по себе, когда я думаю… милорд… что леди…

– Леди обручена с мистером Эустазом. Хитчин изумленно уставился на Карлиона.

– Обручена с мистером Эустазом! – повторил хозяин «Быка», открыв от удивления рот. – А с виду такая нежная и воспитанная девушка.

– И мистер Эустаз, – продолжал Карлион, не обращая внимания на эту непроизвольную вспышку, – хочет жениться на ней, чтобы она после его смерти унаследовала Хайнунс.

Стороннему наблюдателю могло показаться, будто у мистера Хитчина возникли некоторые проблемы с голосом и он лишился дара речи. Ему наконец удалось взять себя в руки, и он пробормотал:

– Да, милорд.

Хитчин отправился за принадлежностями для письма. После недолгих поисков удалось найти сносное перо. Он пристально взглянул на него и, словно обращаясь к доверенному лицу, с иронией произнес:

– Мистер Эустаз решил жениться? Как бы не так! Мистер Эустаз никогда не думал о женитьбе.