– Боюсь, вы правы, – с серьезным видом кивнул лорд Карлион. – Мне нередко приходилось слышать это обвинение в свой адрес. Наверное, так оно и есть.

Элинор повернула голову и посмотрела на своего спутника с некоторым любопытством.

– Интересно, кто вас обвинил в бесчувственности? – подозрительно осведомилась девушка.

– Мои сестры, когда я никак не мог разделить их чувства в отношении некоторых событий.

– Ваши слова меня удивили. У меня сложилось впечатление, будто ваши братья и сестры души в вас не чают.

Карлион улыбнулся.

– Полагаю, вы хотите заставить меня поверить, что сильная привязанность, которую мы питаем друг к другу, отрицательно повлияла на мой и так несладкий характер?

Элинор не выдержала и рассмеялась.

– Должна вам сказать, милорд, что нахожу крайне неприятной вашу привычку произвольно трактовать вежливые слова других людей! Знаете, что мне еще кажется? Если бы у меня сильно болели зубы и я вам пожаловалась, будто умираю от боли, вы бы изо всех сил стали доказывать мне, что от зубной боли не умирают.

– Вы совершенно правы, – согласился Карлион. – Я бы поступил именно так, если бы увидел, что вы на самом деле боитесь умереть от зубной боли.

– В высшей степени отвратительно! – заявила Элинор.

К этому времени они уже добрались до Хайнунса и ехали по заброшенной дороге. С обеих сторон росли густые кусты и высокие деревья, ветви которых почти соединялись у них над головами.

– Эти кусты заставляют вспоминать любимые романы! – задумчиво проговорила миссис Чевиот.

– Большую часть этих кустов нужно убрать, а остальные – подстричь, – ответил его светлость. – И кое-какие ветки деревьев спилить. Мне на глаза попались как минимум три насохших дерева, которые необходимо срубить.

– Срубить? Мой дорогой сэр, таким образом вы можете разрушить всю романтику Хайнунса! Надеюсь, где-нибудь здесь стоит расщепленный молнией старый дуб. Я уже не спрашиваю, бродят ли по аллеям привидения, зажав у себя под мышками отрубленные головы. Было бы очень забавно.

– Это точно – с улыбкой кивнул лорд Карлион.

– Конечно! В таком доме должны водиться привидения. У меня нет ни малейших сомнений, что именно из-за привидений лишь двое несчастных слуг нашли в себе силы остаться в Хайнунсе. Судя по всему, после первой же ночи, проведенной в стенах этого дома, я сойду с ума, и вам придется без лишнего шума отвезти меня в Бедлам.

– Я очень надеюсь на силу вашего рассудка, мадам. Наконец экипаж подъехал к большому дому. Элинор, поддерживаемая лордом Карлионом, сошла на землю и остановилась на несколько секунд, оглядываясь по сторонам.

Сады сильно заросли сорняками, но она долго не задержала на них взгляд. Сам дом при свете дня очень понравился Элинор. Хайнунс был прекрасным зданием, построенным двести лет назад, с красивыми окнами и высокими дымовыми трубами. Возможно, придирчивому вкусу современного человека Хайнунс мог показаться чересчур длинным и приземистым строением, да к тому же стены его почти сплошь заросли толстыми ползучими растениями, но Элинор вынуждена была признать, что Хайнунс произвел на нее самое благоприятное впечатление.

– И этот плющ тоже необходимо убрать, – решительно заявил Карлион, вместе с ней разглядывая фасад дома.

– Ни в коем случае! – запротестовала Элинор. – Вы только посмотрите, как красиво он нависает над окнами.