Боксер сунул руку под борт только что полученного пиджака и вытащил оттуда конверт.

– Две сотни от Гарри. Для начала.

Боксер не стал вскрывать конверт: раз Долли сказала, что там две сотни, значит так и есть.

– Я снова на зарплате у Гарри, – радостно прошептал громила.

Долли проводила Боксера взглядом. Тот горделиво шагал по улице, то и дело одергивая на себе обновку. Боксер приветственно кивнул детективам, все еще сидящим в машине неподалеку.

Она же вернулась в свою гораздо более чистую и опрятную гостиную и устало опустилась на вспоротый диван, где к ней моментально присоединился Вулф.

– Привет, миленький, – сказала Долли и погладила песику животик, с готовностью подставленный под ладонь.

Закинув голову на широкую спинку дивана, Долли принялась размышлять.

По ее прикидкам, не пройдет и двух дней, как Боксер проболтается кому нибудь о том, что Гарри якобы жив. Его разговорчивости наверняка поспособствуют деньги в нагрудном кармане подаренного пиджака. Тупица не устоит перед соблазном отправиться в паб. А как только поползут слухи, до Фишеров они дойдут достаточно быстро, и, по расчетам Долли, братья станут вести себя сверхосторожно. Опасаясь возмездия, они будут держаться как можно дальше от нее и других вдов.

– Еще так много всего надо сделать, мой золотой, – сказала хозяйка песику, погладила его по белой шерстке, поднялась и пошла к письменному столу.

Положив перед собой ежедневник, Долли стала вносить туда зашифрованные пометки. Нужно еще раз сходить в банк и свериться с записями Гарри. Предстояло найти четвертого человека для возглавляемого ею ограбления, и она надеялась, что в тетрадях покойного мужа найдет имя того, кому могла бы полностью доверять. Скорее всего, этот человек будет мужчиной, и Долли предвидела сложности: придется убеждать его не только присоединиться к ним, но и подчиниться ее приказам. Вторым пунктом в ее списке стояли поиски того, кто на самом деле остался жив после неудавшегося налета Гарри и сумел скрыться. Если первыми до него доберутся Фишеры, то ее дерзкая ложь сразу вскроется. Долли молилась, чтобы этот неизвестный ей человек уехал в другую страну и не планировал возвращаться. И наконец, надо как то сообщить Ширли и Линде о том, что «знает» Боксер. Обе вдовы должны быть в курсе всех планов и действий Долли – только так они смогут быть начеку и в безопасности.

Долли отыскала взглядом Вулфа – тот залез в разорванную обивку дивана и уютно устроился в кусках наполнителя. Чтобы опять превратить этот дом в уютное жилье, требовалось сделать еще очень много… Ладно, это не самое срочное дело. Главное сейчас – не пропустить еженедельный визит в монастырь, а то детективы могут что то заподозрить. Долли научилась уходить от хвоста, однако нельзя злоупотреблять этим новым навыком. Время от времени все таки нужно позволять полицейским без помех следить за ее перемещениями, чтобы убедить этих идиотов в том, будто жизнь вдовы Роулинс течет в привычном русле. Дел скопилось немало, и все же Долли чувствовала, что напряженная работа мысли придает ей сил. Постепенно она возвращалась к жизни. С улыбкой Долли повернулась и остановила взгляд на их с Гарри фотографиях, которые Боксер подобрал и расставил на каминной полке в строгом хронологическом порядке. На миг ей показалось, что Гарри снова с ней, и она зажмурилась, чтобы увидеть его как можно отчетливее. Тело пронзила боль от невозможности обнять его.

Ее мысли вернулись к вечеру за два дня до налета. Стоило Гарри войти в спальню, как Долли тут же, каким то седьмым чувством поняла, что муж то ли прогадал в бизнесе, то ли – что еще хуже – намерен сильно рискнуть. Гарри рыскал по дому, открывал и закрывал двери, садился и опять вставал, раз пять заваривал себе кофе и постоянно поглядывал на часы. В такие моменты Долли мудро держалась в стороне и не задавала вопросов.