Стивен выступал лучше, чем от него можно было ожидать. Он представил труппу, превосходно копируя акцент низшего класса. Прикинувшись робкой, застенчивой дурочкой, Алина потупила взор и, ковыряя мыском ноги пол, сосала палец, как маленькая девочка. Джемма и Малькольм прыгали и бегали, кувыркались и ходили колесом, заставляя зрителей смеяться. После этого Стивен и Алина исполнили неприличную песенку, и вскоре все в зале хохотали, держась за живот. Выступавших сменили Джемма и Малькольм с акробатическим номером. Вслед за ними Стивен исполнил две лирические песни. Его сменила Алина. «Артисты» закончили выступление номером, где Алина играла роль толстухи Мариголд, подскакивающей и дико верещащей от каждой новой нападки карлицы и мальчика.

Раскланявшись, «артисты» вернулись к очагу, но свист и аплодисменты были такими оглушительными, что Джемме пришлось исполнить еще несколько трюков, а Стивену — спеть песню. Когда, наконец, они вернулись к очагу, Алина облегченно опустилась на пол. В последние дни она очень быстро уставала, и ей было тяжело в куче одежды, напяленной для маскировки. Бешеный темп, в котором они неслись к Танфорд Холлу, совсем лишил ее сил. К тому же, Алина почти не спала, узнав, что Танфорд захватил Джеймса в плен. Она держалась на нервах и силе воли, понимая, что и этой ночью поспать не удастся.

Отвернувшись, девушка приступила к еде. Теперь, когда семья герцога и его рыцари поели, к ужину приступили слуги и гости. Хлеб по вкусу напоминал опилки, но Алина заставляла себя есть. Девушка с трудом одолела несколько кусочков холодной репы и кусочек мяса, а все остальное спрятала в носовой платок и засунула в потайной карман, чтобы потом покормить Джеймса. Ему эта еда понадобится куда больше.

На другом конце залы прозвучал голос герцога.

— Но как же быть с моим другом? Мне кажется, сегодня вечером он еще не получал никаких развлечений, — повернув голову, он посмотрел на клетку, в которой, согнувшись, сидел Джеймс. — Сегодня я еще не слышал его голос.

Танфорд усмехнулся, засмеялись и его рыцари. Леди Агнес и ее муж неловко заерзали на своих местах, то, посматривая на герцога, то, отводя взгляд.

— Может быть, эта кочерга хоть на этот раз заставит его подать голос. Как ты думаешь, Уилфрид?

Испытывая приступ страшной тошноты, Алина до крови прикусила губу. Сидевший рядом Стивен побледнел как мел под слоем орехового масла. Он судорожно вцепился руками в колени. Алина опустила голову.

— Мы не можем выдать себя, — шепотом предупредил Стивен, и Алина кивнула, понимая, что в противном случае, им никогда не спасти Джеймса. Но разве сможет она спокойно сидеть и смотреть, как будут истязать ее мужа?

— Да, ваша светлость, можно попробовать, — из-за стола поднялся плотный уродливый человек. — Позвольте начинать?

— Да, думаю, это доставит мне удовольствие. Глазами, полными ужаса, Алина смотрела, как мужчина подходит к очагу, останавливается и вонзает кочергу прямо в пылающую груду углей.

Глава 24

— Ваша светлость, — обратился к герцогу лорд Болдрик. — Вы считаете, это разумно? Король, да и сам Норвен, обязательно узнают о случившемся.

— Ты думаешь, я боюсь, графа Норвена? — с усмешкой спросил зятя Танфорд. Его глаза зло светились в сумраке залы, это заставило Алину еще раз подумать, что за последние несколько месяцев герцог, видимо, и в самом деле сошел с ума.

— Все знают, что Норвен не успокоится до тех пор, пока не отомстит всем своим недоброжелателям, — напомнил тестю лорд Болдрик.