Только преодолев три горных перевала, путешественники выходили в долину Или и направлялись к хоргосским садам Галдан-Церена.

В случае необходимости русские купцы ехали отсюда в летнюю ставку хана, на Текес, к подножию Хан-Тенгри. Они оказывались и самом сердце Тянь-Шаня!

От подошвы величественной треугольной вершины «Царя духов» на благодатные равнины Кашгарии — к Аксу, Кашгару, Яркенду и другим городам «Малой Бухарин» можно было проникнуть лишь по опасным ледяным ступеням, вырубленным на склонах тянь-шаньского перевала Мус-таг, где верблюдов и вьючных коней нередко спускали вниз на длинных арканах. Не менее опасным был и обратный путь из кашгарских городов к Текесу.

Лука Жаравин и его товарищи, возвратившиеся в 1745 году на родину, рассказали, что в древнем Яркенде, кроме уроженцев Вологды и Великого Устюга, жили и другие русские — разные мастеровые люди.

Какой-то Ефим Вяземский — по слухам, беглый мастеровой из алтайского Колыванского завода — завел в Яркенде плавильню для добычи серебра. Одновременно он промывал из каменной дресвы золото. В качестве доказательства прибывший вместе с Лукою Жаравиным тарский разночинец Иван Ушаков предъявил в Тобольске слиток, выплавленный из яркендской серебряной руды. Он уверял, что «по реке Яркене» есть уже немало заводов по добыче и плавке золота и серебра и все эти промыслы устроены русскими людьми.

Но самые удивительные сведения относились к урочищу Табак-Темурлян, близ Или, в одном дне езды от зимней «урги» Галдан-Церена.

Там в 1745 году находился русский мастер Иван Михайлов. Вместе с Ефимом Вяземским он не только построил медеплавильню на Или, но занялся и более сложными делами. Один из документов, помеченный тем же 1745 годом, так повествует о занятиях русских на Или:

«…Копают руду, пробурят буром и насыпают пороху и от того де вырывает из земли руду, и плавят де медь, и сделаны де меха и дуют водой, и делают трубы и тазы ламские, да делают те же бомбы, что насыпают в них пороху и запаляют фитилем и несет ее кверху высоко и разорвет; и у них де топоры и весь завод своим мастерством сделан… а работают де у них по другой год по три тысячи человек да по четыре тысячи быков… и в Иркене де другой завод завели…»

Свидетельство об изготовлении ракет русскими людьми, жившими в XVIII веке на берегах джунгарской реки Или, уникально.

Джунгары ценили высокое искусство Ивана Михайлова. Обращаясь к другим русским обитателям Или, они говорили: «Такие де мастеровые люди и вашей государыне надобны…»

Русские люди, жившие в Джунгарии и Кашгарии, оказывали большое влияние на коренное население страны, завоеванной джунгарами. Об этом свидетельствует хотя бы такой пример.

Через четыре года после возвращения Луки Жаравина из Джунгарии и Восточного Туркестана в Колывано-Вознесенский завод, что на Алтае, прибыл житель «Малой Бухарин» Адам Хозекельдин. Он привез написанное по-русски письмо, скрепленное подписями двенадцати правителей Яркенда, Кашгара, Хотана, Аксу и других городов Кашгарии. Кашгарцы посылали богатые дары — самоцветы, серебро, златотканые одежды — и просили русских оказать помощь и покровительство кашгарскому народу. Посол кашгарцев рассказал в Тобольске, что письмо в Россию составлено было при помощи русских купцов Алексея и Герасима, с которыми кашгарцы держали совет, прежде чем обратить свои взоры к России.

В «джунгарских» документах, открытых Г. Н. Потаниным и Чоканом Валихановым в омском ордонанс-гаузе, мелькают десятки имен русских людей, побывавших в далеких от их родины странах и не раз переходивших ледяные твердыни Тянь-Шаня.

Среди этих людей и оказались бывалые вологжане.

ГЕРОЙ ТИХОГО ОКЕАНА

До последнего времени историкам не был известен год рождения героя исследования Тихого океана — Алексея Чирикова.