На этом их эксперименты завершились. Парни отправились назад на ферму за инструментами и веревками. Вооружившись бензопилами, они принялись сооружать из брёвен подобие салазок, над которыми натягивали канаты. Целую неделю они потратили на это, проложив к пещере множество таких салазок.

Дальше дело пошло как по маслу. Бочка крепко обязывалась стропой. Стропу цепляли к канату наверху и через ролики спускали вниз по салазкам из пары бревен. Затем стропу перецепляли и повторяли процедуру. Таким образом они за день спустили десять бочек, и ни одну не повредили.

Ещё неделя ушла на то, чтобы спустить все бочки из пещеры. Следующие пять дней их вывозили поближе к цивилизации. На этом этапе пришлось обходиться без Торино, поскольку он отправился договариваться о продаже спирта. В целом же операция по спасению спирта заняла двадцать семь дней. А ещё через два дня, которые все провели на ферме Уилсонов, приехали грузовики за спиртом, а парни принялись за делёжку наличности.

Сумма получилась немного меньше рассчитанного, поскольку, во-первых, Тони пришлось пойти на уступки для быстрой продажи — двести тысяч долларов вместо двухсот десяти. Во-вторых, одну бочку спирта они оставили себе. Но это двести кусков за месяц трудов. Космическая сумма по местным меркам. По пятьдесят тысяч отошло Торино и Уилсонам. Оставшаяся сотня досталась вдохновителю идеи, который знал о кладе — Грину. Ему больше всего понравилось, что всё честно. Как изначально договорились, так и поделили, никто никого не собирался кидать, хотя сумма крупная.

Брэд впервые держал в руках настолько крупную сумму наличными. Самое его дорогое имущество — дом, доставшийся в наследство от родителей. Всю прошлую жизнь он провёл в кредитах. Он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь у него оставались свободные деньги. Когда женился, они с женой каждый лишний доллар откладывали на отпуск, откладывали на пенсию. Вроде зарабатывали неплохо, ипотека не висела ярмом, но раз нет ипотеки, то можно же взять машину подороже. А на неё запчасти дороже. И в итоге попадаешь в замкнутый круг.

И он растерялся. Грин совершенно не представлял, что делать с такими деньгами.

Казалось бы, самое разумное — инвестировать средства. Но это пока не включишь голову. Во-первых, у федералов сразу появится вопрос, а откуда у заштатного электрика сто тысяч долларов для инвестиций? Во-вторых, он электрик, а не финансовый воротила. Конечно, ему известны крупные компании, названия которых на слуху у каждого. Если он купит их акции, наверняка не прогадает. Но стоит вернуться к первому пункту.

В США вообще серьёзная проблема с тем, чтобы потратить незаконно заработанные деньги. Естественно, если тратить мелочь на покупку бытовой техники, продуктов и тому подобного, то проблем нет. Если, конечно, не засветиться. А то бывало, что наркоторговцы выдавали себя страницами в соцсетях, где они фотографировались на фоне дорогих спорткаров и пачек денег. Тут-то их федералы прихватывали за задницу.

Фактически, деньги у Грина есть, а потратить их на что-то серьёзное он не может. Недвижимость, ценные бумаги, автомобили и всё дорогое, что требует государственной регистрации, автоматически отпадает.

Он насколько загрузился мыслями о том, куда потратить деньги, что успела пролететь первая неделя июля.

Брэд вернулся к себе домой, погасил задолженности по платежам за недвижимость и продолжил нелёгкие думы подпольного богача.

Вариантов он надумал немного. Первый и самый очевидный — потратить всё на себя, пожить в кайф. Путешествия, дорогие шмотки, техника. Но Грину он не нравился. Очевидно, что это впустую потраченные средства.