Нелогично.

И тут в голову пришла мысль ещё хуже. Ведь он-то Старушку убил ударом сзади. А по его версии вор мог это сделать только стоя перед Старушкой, и никак иначе.

Вся его постановка летела к чёрту.

Писатель даже не успел по-настоящему это прочувствовать прежде, чем зазвонил его смартфон.

Старик аж на месте подпрыгнул. По смартфону он звонил только Старушке. И ему звонила только она. Неужели…

Писатель взял в руки телефон. Звонил Крутой. Старик немало удивился, но всё же принял вызов.

— Алло! — сказал он.

— Бедная, бедная Старушка… — донёсся до него голос Крутого. — Она ведь никому не желала зла…

Внутри у Писателя всё перевернулось. Страшная догадка мелькнула у него в голове.

И к его сожалению, она оказалась правдой.

— О чём вы? — Писатель сделал вид, что не понимает.

— Не прикидывайся веником, старый убивец! — сказал Крутой. — Ты укокошил несчастную Старушку. Из-за какой-то жалкой пощёчины! Я всё видел. И всё расскажу полиции. Так что решай…

— Чего вы хотите?

— Миллион баксов. Этим вечером. В двенадцать часов на заброшенном пустыре.

— У меня нет таких де…

— Это ты кому-нибудь другому будешь рассказывать, старче! — Крутой усмехнулся. — До ночи! Иначе я всё выложу полиции! Приятного дня!

Писатель не слишком жаловал детективы. Но сейчас ситуация была чисто детективная. И поступить он собирался также, как и поступают с шантажистами во всех детективах.

Он взглянул на кухонный нож. О да, это то, что надо. А другой выход…

Другого выхода просто нет.

* * *

Крутой стоял на пустыре и нетерпеливо поглядывал на смартфон. Уже пять минут первого! Где там носит этого старого хрыча?

И вот, когда Крутой уже собирался на всё плюнуть и уйти прочь, чтобы на следующий день рассказать полиции всё, что видел, появился Писатель. Даже в ночной темноте Крутой мог разглядеть, насколько тот взволнован.

В руке старик держал кейс.

— Принёс таки? — улыбнулся Крутой.

— Да! — неспокойно озираясь, сказал Писатель. — Всё, как вы просили. Ровно миллион долларов.

— Ну-ка! — Крутой взял в руки чемодан. — Так, что тут у нас…

Он открыл кейс. И обалдел.

Внутри не было НИЧЕГО.

— Не понял… — сказал он, прежде чем остро заточенный нож мелькнул в руках Писателя и устремился к животу Крутого.

Старик возбуждённо принялся один за другим наносить удары ножом в Крутого. Тот успел вскрикнуть, но крик вскоре прервался. Третий удар попал точно в сердце.

В глазах у Крутого потемнело, и он провалился в небытие…

* * *

По пустырю в гордом одиночестве гулял Фоторепортёр. Он запечатлевал на свой фотоаппарат зловещие ночные пейзажи. Всё это было подготовкой к его новой выставке.

Если на предыдущих его работах Фоторепортёр фотографировал актёров, изображавших трупов, то теперь его работа будет ещё более напряжённой — зловещие места нашего города!

Пустырь он выбрал неслучайно. Ночью здесь всё казалось настолько страшным, что не гуляли здесь даже хулиганы. Именно поэтому Фоторепортёр спокойно ходил здесь в гордом одиночестве и снимал понравившиеся ему пейзажи.

И тут его вниманию предстала одинокая фигура, стоявшая примерно в двухстах метрах от него. Фоторепортёр не без труда распознал в этой фигуре Крутого.