— Ха-ха! Красиво говоришь, а я скажу по-простому: мы не психи, но в нас что-то есть! Вот видишь — я прав: тебе самое место у нас! Работа очень денежная, но, правда, иногда приходится не обращать внимания на закон.

— Ты работаешь на бандитов?

— Чур тебя! На одну очень мощную коммерческую структуру.

— Знаю я эти коммерческие структуры! Я бизнесом уже занимался — больше не тянет… Профессия художника меня больше устраивает.

— Как сказать… Все мы, прошедшие войну, больны ею, она не отпускает нас и теперь. Может быть, ты на людях очень положительный человек, любитель кошек, и даже сам веришь в это… Но на уровне подсознания, там, где корни твоего настоящего «я», — ты убийца, зверь! Требуются лишь определенные условия, чтобы проявилось твое истинное обличье. И чем больше ты подавляешь свои инстинкты, чем сильнее «сжимается пружина», тем страшнее отпустить ее! Неужели тебе не снятся подобные сны, когда ты свободен в своих поступках, действиях? Зачем доводить себя до такого состояния, если можно дать этому выход и вдобавок получить за это солидные деньги?

— Не меряй всех на свой аршин! Сны мне снятся, но это только сны!

— Ты мне не веришь? После ранения, когда меня стали одолевать ночные кошмары, я прочитал много литературы на эту тему, начиная от Фрейда и до современных «светил». Человек, подавляя в себе животные инстинкты, переносит их на свою деятельность, особенно это касается творчества, и то, что ты стал художником, говорит само за себя — ты свой негатив передаешь картинам и этим спасаешь себя. Но в то же время ты его накапливаешь, и когда-то, в какой-то момент, он самопроизвольно найдет выход… Как доктор Джекил и мистер Хайд — одна и та же особа в двух обличьях: днем — известный уважаемый доктор, ночью — безжалостный убийца!

— Знаешь, Топор, мне хочется спать. Завтра договорим!

— Как хочешь, можем и завтра.

Мужчины встали и пошли к гостинице, не заметив, что всего в нескольких шагах от них, за живой изгородью на пляжном топчане лежит Иванна, Девушка быстро встала и поспешила в гостиницу.

Когда Антон познакомил Иванну со своим сослуживцем, он ей сразу не понравился. На широком загорелом лице маленькие, свинячьи глаза, как ей показалось, смотрят с презрением, и ее окинул оценивающим взглядом, словно шлюху в борделе. Поняв, что мужчины слишком увлеклись «текилой-бум» и она уже никак не может повлиять на них, Иванна ушла, рассчитывая, что Антон, заметив ее отсутствие, отправится на розыски. В одиночестве пошла на пляж, на облюбованное ими место, где по обыкновению они заканчивали каждый вечер, незаметно переходящий в ночь.

Иванна лежала на топчане, смотрела на звездное небо, и оно казалось ей чужим. Она жалела, что не имеет никаких познаний в астрономии, чтобы объяснить самой себе, в чем отличие. Мысли быстро перешли с неба на Антона, на их отношения.

Когда она, неожиданно для себя, предложила провести отпуск вместе, то не задумывалась над тем, к чему это может привести. Затем, когда он очень серьезно отнесся к ее предложению и купил две путевки в Турцию, Иванна испугалась. Себя испугалась. За время общения с Антоном она почувствовала, что ее тянет к этому мужчине, несмотря на значительную разницу в возрасте.

Вначале, при знакомстве, Антон ее интересовал только в связи с селом Страхолесье, где она столкнулась со страшной тайной, разгадку которой, возможно, следовало искать в области иррационального, что для нее, человека здравомыслящего, не верящего в «бабушкины сказки», было неприемлемо.