Попробовал просканировать расслабленных вояк и почувствовал, что они завидуют подельникам, которые сейчас в тереме, и каждый из них представляет себе, как следующим утром станут делить добытое бандой золото, серебро и хабар. И из этого выходило, что передо мной разбойники. Уж в чём-чём, а в том, что эти бойцы бандиты, я не сомневался. Опыт общения с подобным контингентом имелся немалый, и я таких людей сразу чувствую. Хапнуть и отобрать, прогулять и ничего не дать обществу — приметы явные. А природная способность ощущать внутренний мир людей меня пока ни разу не подводила, и, хотя чуйка далеко не идеальна, ибо сильных людей прощупать сложно, Малх и Генрих таковыми не являлись. Типичные убийцы и воры. В меру наглые, трусливые и шакалистые, готовые по беспределу вывернуть карманы всякому, кто зазевался, а добычу потратить на бухло и шлюх.

Ладно, что хотел, узнал. После чего снова спрятался в лесу и напоролся на муравейник, в котором мелкие агрессивные твари за малым меня не сожрали. Но я себя не выдал, сдержался, откатился в сторону и замер.

Ожидание было томительным, но ближе к вечеру появилось ещё пять бандитов. И у каждого разбойника на плече был увесистый свёрток с хабаром, а один притащил живую добычу, человека, который был завёрнут в узкий ковёр и еле слышно стонал. Груз закинули в лодки, и между средневековыми ворами состоялся короткий разговор, после которого на охране добычи остался только один человек, кажется Малх.

Воры ушли в поместье, видимо, там ещё было что пограбить, а я решил, что вот мой шанс. Уж с одним противником я как-нибудь справлюсь, а затем оттолкну обе лодки от берега, запрыгну в одну из них — и прощайте, шакалы. А ещё есть живой пленник или пленница. Это проблема или нет? Неизвестно. Но долг каждого спасённого — отблагодарить своего спасителя. Интересно, а заложник бандитов, случаем, не принцесса? Было бы забавно. Настолько, что я, скорее всего, точно решил бы, что моя скромная персона оказалась в героической сказке.

Однако долой трындёж. Время дорого. Того и гляди, основная толпа из поместья подбежит, и тогда всё — ушла «моя» лодка. Пора начинать.

Украшенный неизвестными мне рунами меч со странным именем Змиулан оказался в правой руке, и я направился к лодкам. Шанс на победу был. Но требовалось быстро действовать и чётко понимать, чего я хочу достичь. У меня имелись навыки бойца, который побывал на двух войнах и не раз находился под огнём противника. Впрочем, в моих руках не было прежней силы. У меня имелся опыт убийства человека. Вот только с тех пор по моему личному времени прошло больше десяти лет, и сейчас я находился в новом теле, молодом и неопытном, а работать предстояло клинком.

Разбойник, склонившийся над лодкой и заглядывающий в скрывающий пленника ковёр, всё ближе. Я вышел из кустов и твёрдым шагом направился к нему. Между нами семь метров. Пять. Три. И он оборачивается. Здоровый широкоплечий косматый брюнет в кожаной куртке и полотняных штанах в недоумении смотрит на меня. В его взгляде растерянность, а рука автоматически тянется к клинку. Сразу видно опытного бойца, но он расслабился, подпустил меня к себе и проиграл жизнь.