— Нет, она хорошая девушка, хотя и немного испорченная, но…

— Значит, вы не против моей женитьбы на ней?

— Тебя, очевидно, все-таки что-то беспокоит, Огастес, — сказала Элис.

— Не выдумывай, пожалуйста, Элис, у меня нет никаких возражений. Не исключена проблема с вероисповеданием Виктора, но, думаю, и она благополучно разрешится… Пожалуй, Виктор и Люсиль могут составить отличную пару. — Банкир пристально посмотрел на молодого человека, словно увидел его впервые, потом произнес со странной смесью нежности и благоговейного страха в голосе: — Итак, ты женишься на моей племяннице… Бог мой, ты действительно Декстер! Ты действительно мой сын!

Десять лет спустя после приезда в Америку Виктор наконец обрел отца.

Глава 10

«Вильямсбургская битва», как мгновенно окрестили это событие газеты, произошла тем же весенним вечером, когда Виктор приобщился к могуществу финансового мира, но тучи начали сгущаться за несколько недель до этого. Помимо банды Джанни Диффаты, которая после нападения на Натана Шумлина получила название «Мстители», в итальянских кварталах Бруклина возникло еще несколько подобных «клубов». В отличие от Джанни Диффаты, выходца из относительно зажиточной среды, большинство членов банды происходило из ужасающе нищих семей, недавно эмигрировавших из Италии. Подстрекаемые свирепым антисемитизмом и преувеличенным представлением о machismo, бруклинские банды конфликтовали с такими же бандами из еврейских кварталов Вильямсбурга. Как Виктор и предвидел, одна драка влекла за собой другую, насилие постепенно нарастало. Но нападение на Натана Шумлина, когда Джанни Диффата ранил его в лицо, стало искрой, вызвавшей взрыв. Джанни уже имел в этой связи стычку с отцом. Через два дня после нападения «Мстителей» на помещение клуба «Диких котов» доктор Диффата вызвал сына в свой кабинет в цокольном этаже и разразился обличительной речью.

— Подожди минутку, — прервал его Джанни, — кто тебе рассказал о «Мстителях»? Виктор?

— Виктор? Да что он может об этом знать? Неужели ты думаешь, что я слеп и не вижу ссадины на твоем лбу? Неужели ты думаешь, что я глух и не слышу, что говорят мои друзья о том, как ты и эти подонки, Тацци и Фоско, носитесь по улицам и задираете евреев? Я много тружусь, чтобы заработать доброе имя в новой стране, а ты меня и нас всех позоришь! Ты спрашивал меня о Викторе. Да я был бы счастлив, пошли мне Бог такого сына, как он. Виктор в отличие от тебя работает, а что делаешь ты? Только дерешься на улицах, как хулиган! Говорю тебе, Джанни, или ты исправишься и прекратишь драки, или я тебя вышвырну из дома. Сын Марио Диффаты не может стать преступником.

Речь доктора не оказала на Джанни никакого положительного воздействия, а только побудила к дальнейшим бесчинствам. Испорченного материальным благополучием семьи, от природы ленивого и туповатого, презиравшего буржуазные ценности отца, Джанни опьяняла и возбуждала романтика уличных драк. Он поддался влиянию миниатюрного, с ангельским лицом Малыша Винни Тацци, сына складского рабочего. Вначале банда «Мстители», в которой царили демократические порядки, не имела лидера, но Малыш Винни, обладавший властным характером, быстро выдвинулся в вожаки. Так, хотя Натана Шумлина ранил Джанни, нападение организовал не кто иной как Малыш Винни. Он обладал всеми отрицательными качествами, необходимыми для лидера: крайней жестокостью, жаждой власти и стальными нервами. Джанни был в восторге от этого «карманного» боксера.

Именно Малыш Винни собрал в тот вечер восьмерых «Мстителей» на месте их обычных сходок в помещении склада. Кроме них, Малыш Винни послал за членами двух других, более крупных банд. Это были «Бравые вояки», тоже из Бруклина, и печально известная банда из Манхэттена «Лихие парни» под предводительством хвастливого забияки по имени Лео Калдуччи.