— Да-да, знаю. Слышал эту историю сто раз. Вот поэтому-то я и занимаюсь этим делом — помогаю людям. Кто тебя послал ко мне?

— Полицейский по имени Джо Каччати.

— Да, Джо… — Винни записал имя полицейского рядом с именем Лаццарони. — Почему бы тебе не взять ровно тысячу? Потребуются деньги на больницу, тебе захочется купить жене цветов, еще что-нибудь… возьмешь тысячу?

Лаццарони облегченно заулыбался:

— Да, сэр, благодарю вас!

— Ты знаешь мои процентные ставки?

Улыбка Лаццарони угасла.

— Джо сказал, вы берете сорок процентов. Не знаю, как буду отдавать, но деньги мне нужны во что бы то ни стало…

— Приходи сюда каждый четверг с десятью долларами, и все будет в порядке. Чтобы выплатить долг, тебе понадобится года два, но, похоже, с тобой я могу позволить себе рискнуть. Постарайся не пропустить четвергов, понял? Не люблю, когда меня заставляют ждать; Джо Каччати расскажет тебе, что я умею возвращать свои денежки. Выплачивай аккуратно, и у нас с тобой не будет никаких неприятностей. О'кей?

Он вынул из кармана толстый бумажник, отсчитал десять сотен и вручил их Лаццарони, который с трепетом воззрился на деньги.

— Мне нужно что-нибудь подписать? — спросил он.

— Когда имеешь дело с Винни Тацци, ничего подписывать не надо. Я знаю, кто и сколько мне должен. До следующего четверга!

И Малыш Винни закурил сигарету, а Лаццарони поспешил вон из ресторана.

Глава 16

Стоя на углу Пятой авеню и Семьдесят третьей улицы, Виктор и Люсиль смотрели, как огромный паровой ковш копает котлован под фундамент их нового дома.

— Разве это не великолепно? — воскликнула Люсиль, держа мужа под руку. Был холодный день конца ноября, поэтому она надела манто из русских соболей, купленное две недели назад за пять тысяч долларов.

Виктор промолчал. Он дал себе слово не ссориться больше с Люсиль по поводу дома, хотя расходы на него выливались в умопомрачительную сумму — шестьсот тысяч долларов. Это были деньги Люсиль, она могла тратить их как душе угодно. Виктор даже внес свою лепту в эту, как он думал, «ошибку», подарив жене шестьдесят тысяч долларов, вырученных от продажи дома на Медисон-авеню. Однако расходы Люсиль превысили все мыслимые пределы, и это очень беспокоило Виктора. Поэтому по пути в центр он завел разговор о контрольном пакете акций банка.

— Люсиль, не лучше ли тебе продать мне контрольный пакет?

Она посмотрела на мужа с удивлением.

— Зачем? — Она поколебалась и добавила: — И потом, откуда ты возьмешь на это деньги?

— Думаю, мне могли бы дать знакомые банкиры. Я заплачу тебе хорошую цену, по крайней мере пункта на два выше рыночной.

— Не понимаю, зачем мне продавать… — Вдруг Люсиль рассмеялась. — Ах, поняла. Тебя беспокоит, что, слишком много тратя на дом, я могу продать акции посторонним.

— Да, это одна из причин. Ты не можешь оплачивать все расходы из своего дохода.

— В таком случае я рада, что ты поднял этот вопрос, поскольку все равно хотела с тобой так или иначе об этом поговорить. Я хочу взять в банке ссуду, или ипотечный кредит, или как еще это называется, чтобы оплатить оставшиеся расходы. Как тебе известно, я выписала чек подрядчику на сто пятьдесят тысяч долларов, чтобы начать строительство, но остальные деньги я хочу занять. Что нужно для этого сделать? Я полагаю, что могу получить кредит под часть моих акций?

— Лучше бы тебе их продать.