— Вызови базу, пусть они посмотрят, что это такое, — приказала Данни.

— Вряд ли они успели починить башню, — напомнил ей Чо Баделег.

Данни достала портативный коммуникатор.

— Спустись пониже, — попросила она, и Бенсин Томри послушно направил челнок вниз.

Когда корабль вошел в атмосферу, у всех возникли недобрые мысли, потому что челнок тряхнуло так сильно, что показалось, будто он развалится пополам.

— Тии-Убо? — крикнула в рацию Данни и сморщилась от раздавшегося в ответ треска помех. — Ты меня слышишь?

— Данни? — прорвался сквозь шум голос тви'лекки. Затем она что-то сказала, но никто ничего не понял, хотя все трое сошлись во мнении, что она упомянула имя Гарта Брейзе.

— С юга от вас начинается буря, — медленно и как можно четче произнесла Данни. — Очень сильная.

Она повторила это несколько раз, а Тии-Убо долго пыталась что-то ответить, но из-за помех можно было разобрать лишь отдельные слова, скорее, слоги.

— Видимо, из-за бури, — предположил Чо Баделег, и Данни сдалась — выключила коммуникатор, затем вопросительно посмотрела на обоих ученых.

— Может, вернемся? — предложил Чо Баделег.

— Если мы сейчас сядем, то неизвестно, когда нам удастся снова взлететь, — резонно заметил Бенсин Томри. — Тем более буря крепчает. Мы должны радоваться, что это ржавое корыто поднялось на орбиту с первой попытки.

Чо Баделег внимательно изучил эпицентр бури в бинокль.

— Похоже, циклон еще в зародыше. Воронка не обозначилась, «глаз» не локализовался.

— Думаешь, с ними все будет в порядке? — спросила Данни.

— Когда отлетим подальше от источника помех, сможем включить корабельный коммуникатор, — сказал Бенсин Томри. — Принимай скорее решение, что делать. Или летим, или возвращаемся?

Данни задумалась всерьез и надолго. В конце концов, для нее наука была превыше всего. Кроме того, находясь на челноке, они рисковали куда больше, чем те, кто остался на базе.

— Тии-Убо что-то сказала про Гарта Брейзе, — сказала она с надеждой. — Видимо, он починил башню.

— Тогда полетели, — сказал Бенсин Томри, направляя челнок прочь от планеты и принимаясь за расчеты, необходимые для перехода на световую скорость.

Когда планета была далеко-далеко позади, Данни подошла к коммуникатору корабля и послала на базу подробный отчет о буре, разразившейся на юге, и некоторое время ожидала ответ. Не получив его, она решила, что ее скорее всего услышали, но еще не отремонтировали башню до конца и ответить не могут.

Ном Анор надеялся, что на «Посреднике» не успеют сразу же засечь запуск и истребители уже не смогут перехватить все ракеты. Но и это не было оставлено на волю случая. Долгие часы исполнитель и Шок Тиноктин изучали траектории планет и местонахождение корабля Новой Республики, и запуск ракет был произведен в таком месте и такое время, чтобы его было труднее всего обнаружить. После того как ракеты вышли в открытый космос, их двигатели были выключены, и теперь смертоносные снаряды казались лишь крохотными темными песчинками. Когда из их дюз вновь ударят струи пламени, они войдут в атмосферу Осариана и будет поздно что-либо предпринимать.

Чтобы усыпить бдительность коммодора Акдооля, Ном Анор разговаривал с ним много часов подряд. Общий смысл их бесед был такой: пора мириться, и теперь, когда нет Лейи, вечно сующей нос не в свои дела, настало время встретиться и положить конец противостоянию. Даже было назначено время встречи Ном Анора с дипломатами Осариана на борту «Посредника».