Собравшиеся увидели, как в огромном соборе митрополит благословляет молодого адмирала с волевым лицом.

— А кто такой этот Корсаков? — спросил Крапивин. — Что-то не припомню.

— Когда штурмовали Крым, ему было двадцать шесть, и он служил на одном из кораблей старшим лейтенантом, — пояснил Басов. — В нашем мире мы не нашли упоминаний о нем. Либо погиб, либо бежал в эмиграцию, где ничем себя не проявил. А здесь он развернулся. Сразу начал реформу армии. Создал вооруженные силы нового типа, заточенные под задачи обороны полуострова. И вместе с тем сохранил боевой потенциал Добровольческой армии, которая продолжала существовать еще со времен Врангеля. При нем на вооружение крымской армии попали многие передовые системы, разработанные русскими инженерами, в частности истребители и штурмовые бомбардировщики Сикорского. Он привел на высшие командные посты тех офицеров, которые готовились уже не к прошлой, а к грядущей войне. Ну и в общественной жизни Крыма он тоже сделал кое-какие реформы. Что называется, ослабил вожжи. Появились политические партии, хотя коммунистическая идеология оставалась под запретом. Пресса обрела определенную свободу.

— Что-то мне кажется знакомым этот храм, — заметил Чигирев.

— Точная копия московского храма Христа Спасителя, — улыбнулся Басов. — Как раз построена в Симферополе, столице южной России, к тридцать четвертому году. Его возведение начали в двадцать девятом, сразу после того, как православная церковь Крыма была отделена от московского патриархата. А оригинал в Москве, как и у нас, был взорван в тридцатом. Там вообще многое шло так же, как и у нас.

На трехмерном экране появилось изображение какого-то заседания. На сцене, украшенной портретами Ленина и Троцкого, разместился президиум. Чуть поодаль, за перегородкой, сидели потупившиеся и осунувшиеся люди, на которых с гневом взирал зрительный зал.

— Публичные судебные процессы, — объявил Алексеев. — Начались в тридцать четвертом и продолжались до тридцать восьмого. Таких массовых репрессий, как при Сталине, не было, но партноменклатуру, высших армейских чинов и верхушку НКВД Лев Давыдович почистил основательно. Кстати, перестрелял всех своих давних недругов — выходцев из Первой конной армии во главе с Буденным и Ворошиловым. Тухачевский тоже не ушел от пули. Бухарин, Рыков, Томский, Каменев — все получили свое. Ну и обычных людей под расстрел и в лагеря пошло немало.

— Сделав однажды выбор, надо идти до конца или отказываться от поставленных целей, — повторил Басов. — Диктатура держится на страхе, это закон.

На трехмерном экране появилась картина воздушного боя. Краснозвездные И-16 сошлись в жестокой схватке с самолетами неизвестной конструкции, на крыльях которых были нарисованы бело-сине-красные круги. Сбитые машины падали в море. Потом зрители увидели, как высаживается на берег десант красноармейцев и как безжалостно уничтожает его береговая артиллерия и пулеметы из дзотов.

— В тридцать восьмом Троцкий попытался взять Крым, но потерпел неудачу, — сообщил Алексеев. — Все атаки были отбиты.