В эту ночь Дон Руссо был за много миль к югу, угощая выпивкой всех соседей по поезду, несущемуся во Флориду. Наверняка они долго будут вспоминать его.

В это время из своего ресторана, в сопровождении телохранителей вышел Фондетта. Они разместились на заднем сиденье поджидавшего их автомобиля. Из района Сити-Холл шофер свернул на пустынную улицу, что вела к апартаментам Фондетты.

Никто не обратил внимания, как с соседней улицы вывернул желтый «седан» и поехал за ними, набирая скорость, чтобы обогнать. Водитель «седана», коренастый лысый мужчина, известный под именем Карл Джо Раппопорт, не стал обгонять машины Фондетты. Наоборот, поравнявшись с ней, он сбросил скорость и поехал рядом. Сидящий на заднем сиденье Рубин Хайм достал ручной пулемет «томпсон» и продемонстрировал, чему его научили в армии США.

Звуки очереди, отразившись от стоящих рядом домов, были слишком громкими. Пули пробивали машину Фондетты насквозь. Автомобиль вынесло на тротуар и он врезался в фонарный столб, так что тот согнулся. Затем секунд на пять воцарилась внезапная тишина. Из темного переулка, сжимая обрезанную двустволку, вышел и направился к машине Мюррей Джекобс. Водитель стонал, навалившись на баранку. Двое мужчин на заднем сиденье не подавали признаков жизни. Джекобс распахнул заднюю дверцу. Из нее наполовину вывалился и повис телохранитель Фондетты, очень большой и очень мертвый. Фондетта сложился вдвое между сиденьями. Джекобс не стал тратить время, проверяя, жив ли он. Для полной уверенности он приставил обрез к его затылку и нажал на курок.

От отдачи Джекобса даже отшвырнуло на шаг. Не утруждая себя проверкой результатов выстрела, он быстро пошел в сторону ожидавшего его желтого «седана» и сел в него рядом с Хаймом. Как только захлопнулась дверца, Карл Джо тронул машину.

Когда полиция прибыла на место происшествия, «седан» уже был в реке, а Хайм, Джекобс и Карл Джо Раппопорт направлялись в одну из забегаловок Джекобса, чтобы присоединиться к компании приятелей, которые поклянутся, что они не сходили с места в этот вечер…

Было четыре утра. Прошло два дня, как уехал и не возвратился Руссо. Прошло 24 часа, как Паоло поднялся с постели и попробовал размять ногу. От этого он приободрился и потратил много часов, рассматривая апартаменты. После этого он слегка вздремнул. А теперь было четыре утра, а он слонялся от стены к стене в гостиной Руссо, дикий и беспокойный.

На диване, куда он перебрался из спальни, были подушки и простыни. Но их вид только еще больше беспокоил его. Только обещание, данное Руссо, удерживало его здесь. За стеной кипит жизнь и только через нее он сможет познать свой дальнейший путь.

Фондетта убит. Может быть, Линчем, а может, и нет. Стычка на улице между людьми Фондетты и людьми Линча, один отправлен в больницу. Все, что случилось, вынашивалось здесь. Паоло это чувствовал. А он был заперт в квартире Руссо, словно заточенный в клетке дикий зверь. Он метался по квартире, хотя нога еще болела и он хромал. Время от времени он пропускал большой глоток виски. Это в нем было новым. Раньше он редко употреблял крепкие напитки.

К четырем утра Паоло прикончил полбутылки. Он не опьянел: единственным эффектом было какое-то томление в груди, стремление что-то сделать. Он не мог твердо сказать, что от него требуется. Оно существовало, и его усилием воли было не остановить.

Паоло залез в бар, чтобы еще выпить, когда вошла Тори, закрывавшая на ночь входную дверь в забегаловку. Она взглянула на него, и он заметил усталые тени у нее под глазами.

— Почему ты еще на ногах?

— Потому, что не хочу спать, — огрызнулся он и быстро отвернулся от нее. Ее присутствие возбуждало его, что было очень приятно.