Каждому отпущен свой срок… Я не могу спокойно принять тот факт, что меня скоро не будет. Хочется закричать на всю палату: «Это несправедливо!!!»

И всё же я могла мечтать, даже на больничной койке. Мечтала вновь увидеть море, солнце и жить долго и счастливо. Самое главное, выздороветь, а уж какой будет моя жизнь, зависит только от меня. Когда я размышляла о смерти, то молила Бога, чтобы умереть быстро и незаметно. Я так боялась сильной боли! Меня посещала мысль оставить предсмертную записку близким, но потом я поняла, что просто не смогу её написать. Мне хотелось подарить цветы всем, кто заходит в палату, ну или сувениры, если бы они были у меня.

Мне ещё никогда не желалось жить так сильно, как после смертельного диагноза. Я безмолвно смотрела в потолок, плакала и спрашивала себя: «Почему именно я?» Я постоянно жалела себя. Из-за слабости я ничего не делала и всё равно очень устала. С каждым днём чувствовала, что угасаю и теряю последние силы. Единственное, что я могла, — плакать. Отец приходил, садился ко мне на кровать, прижимался головой к моей груди, и мы оба плакали. Он держался как мог, но порой срывался. Мы чувствовали, что конец всё ближе. С каждой минутой жизнь уходила из меня, словно вода сквозь пальцы. Да, спасение есть, но его можно не дождаться…

И вдруг случилось чудо! Сообщили, что появилось подходящее донорское сердце и вскоре его доставят в клинику. Конечно, я не скрываю, что большую роль в моём спасении сыграл богатый отец, ведь я из очень состоятельной семьи. Так вот всё получилось. Донорское сердце привезли, операция прошла успешно, а самое главное, сердце прижилось! Я ЖИВА! Чистое везение, что нашёлся донор. Теперь я знаю, что живу благодаря сердцу сорокапятилетней женщины, погибшей в ДТП.

Мне действительно повезло: в больнице до сих пор сплетничали о трагедии, которая произошла пару месяцев назад. Пациенту пересадили донорское сердце, но он умер. Это пугало. Хотя какая разница, как умирать: так и не дождавшись операции или уже после неё? В тот раз то же самое сердце пересадили другому пациенту, фамилия которого находилась в листе ожидания уже очень длительное время. Врачи боялись второй операции с этим же сердцем, ведь был повышенный риск отторжения донорских тканей. При повторной пересадке хирургам было значительно сложнее восстановить кровоснабжение донорского органа. Но к счастью, второй пациент пошёл на поправку и всё обошлось. Это один из немногих случаев повторной пересадки донорского сердца в истории медицины.

Страшно представить, сколько людей умирает, так и не дождавшись донорского органа. Если бы не погибла несчастная женщина, не было бы и меня. Я знала, что после пересадки надо пройти восстановительный курс от двух недель до нескольких месяцев. Главное, чтобы сердце прижилось! На протяжении всей оставшейся жизни мне придётся принимать иммунодепрессанты, зато меня уверили, что уже в скором будущем я смогу вернуться к нормальной жизни.

После операции я пролежала в клинике почти два месяца. Наконец меня стали готовить к выписке. Однажды во время врачебного осмотра мой лечащий врач сказал:

— Ириша, ты заметно похорошела! Вон румянец на щеках появился. Значит, жизнь будет у тебя долгой и счастливой.

— Именно об этом я и мечтала.

— Как себя чувствуешь?

— Отлично. Сердце бьётся, я ощущаю. Мне сначала было не по себе, что теперь у меня сердце взрослой женщины, а потом я подумала: «Какая разница, сколько ей было лет? Главное, человек хороший».