— И для этого они похитили Палыча?

— Скорее всего, его похитили, чтобы он «Создаватель» полностью в наши руки не передал, — резонно заметила Хельга. — Клёпка права, я тоже считаю, что с нами скоро попытаются связаться.

— Сволочи… — выдохнул я и ударил кулаком по полу. — Найду — мехом вовнутрь выверну!

Глава 10

История обучения

— А-а-а, с-ка! Да какого хрена? — проревел Шпала и пнул голографический экран. — Изольда, сделай ещё кофе.

— Принято, — отозвался голосовой помощник.

— Мне одному кажется, что ему больше не нужно? — подметил Хлюпа. — Так-то уже двенадцатая кружка пошла.

— Отвали, — огрызнулся гигант, — не до тебя сейчас.

Шпала действительно вёл себя не совсем адекватно: дёрганый, нервный, орёт по поводу и без. В крови явно превышены все нормы кофеина, но это позволяет ему держаться в работе уже вторые сутки. Впрочем, я от него не отставал, тоже хлестал бодрящий напиток кружку за кружкой. Мы пытались разобраться в работе систем «Создавателя», а заодно решали, каким образом можем повлиять на похитителей Палыча. К слову, это он оставил нам лазейку к управлению. Правда, пришлось повозиться, прежде чем мы смогли хоть что-то понять.

Когда мы вошли в комнату управления… Нет, стоит начать чуточку раньше.

* * *

Аптечка, которую обнаружил Шпала, была поистине чудодейственной. В наш мир бы такие разработки, больницы можно было бы закрывать. Хотя это я, возможно, лишка́ хватил. Без специалистов в области медицины даже подобные разработки легко могут навредить.

Следуя подробной инструкции, которая загрузилась в банк памяти, едва Шпала открыл аптечку, мы принялись лечить Хлюпу. Досталось ему знатно. Очередь прошила приятеля наискосок, от левого бедра по правое плечо. Пять пулевых — это не шутка. Даже удивительно, что он всё ещё жив, и, скорее всего, в этом немалая заслуга импланта. Клёпка тихонько плакала, но действовала чётко, без вопросов исполняя каждое наше требование.

Вообще, пулевые ранения в разы страшнее ножевых, и в этом виновата физика. В отличие от клинка, пуля не просто делает отверстие в теле, огромная инерция разрывает ткани вокруг раневого канала. Ушибы мягких тканей, внутренние гематомы, — это лишь малая часть последствий. Пуля деформируется от удара, а порой разлетается на части, и каждый такой осколок, даже крохотный, прокладывает свой путь и наносит дополнительные повреждения. И всё это нужно извлечь, вычистить, плюс удалить ушибленные ткани, вскрыть гематомы. Иначе начнутся воспалительные процессы, некрозы… В общем, приятного мало.

В моём прошлом мире (впрочем, и в своём тоже) Хлюпа провёл бы не один час на операционном столе, чтобы остаться живым. Затем не меньше месяца провалялся бы в больничной палате, ежедневно получая дозу уколов в булки. Однако у нас имелся доступ к технологиям, поражающим воображение. И первый же укол это доказал.

По инструкции, нам нужно было ввести препарат «номер семь» в каждый раневой канал, что мы и проделали. Благо автоматических шприцев с ярко-оранжевой семёркой на боку в аптечке обнаружилось десять штук. Так что досталось и Хлюпе, и мне.