|
Гектор, я тут немного подумала и решила, что ты прав. Девушкам не нужно в участвовать в операции. Вы превратите в красавиц самых опытных местных магесс, а о своих мужиках они уже и сами позаботятся. Ну, а раз вы отнеслись ко всему спокойно и с пониманием, парни, то тогда с завтрашнего утра приступите к изучению моего трактата. Сам ритуал не очень сложный, зато магическое заклинание длинное и на то, чтобы зачитать его вслух, нужно более четверти часа, после чего достаточно просто прикоснуться к легруине рукой, но я думаю, что поцелуй всё же будет уместнее. Полагаю, что тогда любой из вас сможет надеяться на ответный поцелуй, но меня это уже совершенно не волнует. Как я успела заметить, практически все легруины на вид довольно молоды, так что ни одна из них, по идее, не должна превратиться в старую каргу.
Разговор продлился очень долго, до самого вечера, вскоре лампочка Лаурёля погасла, наступила серая ночь, которая была всё же потемнее петербургских белых ночей, а на следующий день, начиная с раннего утра, все, даже Рания и Джани, приступили сначала к изучению магического трактата Марины, а затем и к зазубриванию созданного ею заклинания. Вот тут-то все и обратили внимание на то, какую огромную силу имело это заклинание. Так как ни перед одним магом на магической чаше, похожей на раковину морского гребешка, в которую превращались пентаграммы размером с блюдце, вырезанные из перламутра и обрамлённые серебром, парящей в полуметре над полом, не лежала легруина, то в открытые настежь прямоугольные иллюминаторы кают с сильным электрическим треском сплошным потоком вылетали молнии и почему-то уносились в небо. От этого феномена почему-то больше всего ошалели оба дипломированных верховных мага - Джаниара и Лаурель. Друг деда принца Зариона, увидев это однажды утром, после завтрака, когда все остальные мужчины тренировали голосовые связки, чтобы научиться произносить нужное им заклинание должным образов, примчался в каюту Марины и прямо с порога завопил: - Ваше высочество, вы превзошли всех магов Империи! Королева, лежавшая на диване с томиком стихов какого-то эльтаранского поэта, улыбнулась и сказала в ответ: - Лаурель, я рады это слышать, но чтобы больше ни звука. Мне ещё такой головной боли не хватало. Между прочим, хотя и ты, и Джани называете это чуть ли не величайшим открытием, моя магическая книга из-за него не стала толще даже на миллиметр. Она вообще в последнее время что-то перестала толстеть, хотя с того момента, как меня стали подменять в небе твои механические драконы, времени для занятий у меня появилось больше. Ты не знаешь что с ней случилось? Она часом не заболела? Верховный маг громко расхохотался и воскликнул: - Марина, девочка моя, те знания, которыми владеет маг и особенно его истинное могущество, вовсе не зависят от толщины магической книги. В неё можно натолкать такой ерунды, что она станет толщиной с каравай хлеба, но вот толка от этого не будет ровным счётом никакого. Так что упокойся и спокойно продолжать изучать магию дальше. Ну, а относительно того, что об этом магическом достижении нужно помалкивать, я с тобой полностью согласен. Тем более, что оно позволяет превращать в драконов айдеров и стражей. Как ночных, так и дневных, а обычных драконов оно способно превращать если не в золотых, то, уж, точно в серебряных. Знаешь, а ведь ты можешь обратить это заклинание на себя, разумеется, слегка изменив его, и тогда в любую секунду распахнешь за спиной золотые драконьи крылья. - Иди ты! - Воскликнула Марина вскакивая с дивана - Лаурель, ты это серьёзно сказал или просто прикалываешься? Верховный маг зычно расхохотался и воскликнул: - Благой Камюр, да, она просто сама не поняла, какое открытие совершила! Мариночка, какие тут могут быть приколы? Девочка моя, ты создала целый раздел в области высшей магии, если и того не больше. Понимаешь, это магия полного преображения живых существ! С ней можно творить самые настоящие чудеса, моя юная повелительница. |
