— С чего такая милость? — подозрительно поинтересовался я.

— А тут мы возвращаемся к твоему вопросу о моём мнении насчет главы Тайной Императорской Канцелярии, — усмехнулся он. — Твой советник был прав во всем. А ещё он дружен с Добрыниным — отец и дед Богдана служили под его началом, и их семья многим обязана старику. Богдан, хоть и решил строить карьеру не в армии, но доброты и дружбы старика с его отцом и дедом не забывал никогда. Вот он и дал полный расклад по всем интересным старику чародеям… И он знает, что ты хоть и Старший Магистр пока, но знаниями и умениями ему самому не уступишь. Было решено, что логичнее оставить тебя здесь, дабы ты помог подготовиться к будущим сражениям за Магадан — запас по времени у вас есть, ты сумеешь окопаться да подготовиться как следует.

— Ладно, — пожал я плечами. — Звучит разумно. Ну, а вторая новость?

— А вторая новость, — отвел глаза дядя. — Богдан Ерофимович Залесский, глава Тайной Канцелярии, передал в письме, что твоя мать и сестра сейчас находятся под присмотром некоего Алексея Веселова. Бывшего Воронцова, как подчеркнуто в письме. И если ты не приложишь всех сил для обороны…

Наверное, я всё же не сдержал лица, не знаю. Я был занят — от нахлынувших страха, ярости и концентрированной, тяжелой, будто расплавленный свинец кипящей в моих жилах ненависти я покачнулся. А затем вода в порту забурлила, образуя разнонаправленные течения, а в ушах засвистел ветер пополам с раскатами глухого, яростного грома. Яркое дневное солнце накрыла черная туча, в глубине которой забились, ярясь, толстые жгуты многоцветных молний.

Мать и сестра… Они угрожают моим матери и сестре!