– Ах вот вы где, Лайза! – Это был Джайлз, смеющийся и запыхавшийся. Он слегка обнял ее за плечи. – А я вас повсюду искал. Зачем это вы… О Боже, что это с вами, дорогая? – спросил он с явной тревогой, когда заметил ее бледность и слезы, блестевшие у нее на глазах.

– Это… нет, ничего. Джайлз, вы слышали что-нибудь… какие-либо разговоры о Чаде – с тех пор как он вернулся?

Джайлз выглядел ошеломленным.

– Нет, конечно нет. В сущности, всегда что-то болтают, но кому до этого дело? Никто не станет воспринимать сплетни всерьез. Так что же произошло, дорогая?

Считанные секунды Лайза колебалась, а потом одним залпом выпалила все, что случайно подслушала. Она жестом указала на одного из молодых людей, которые стояли и беседовали неподалеку от них. Рот Джайлза сжался крепче, когда она закончила.

– А-а, это Чарли Саммерсби. От него этого следовало ожидать. Эта молодая змея никогда не скажет ни о ком ничего хорошего. – Он опять повернулся к Лайзе. – Вы сами знаете, я никогда не был близким другом Чада Локриджа, и Бог видит, – он улыбнулся ей красноречивой улыбкой, – у меня не было причин любить его, но все же я считаю себя его другом. Пойдемте.

К изумлению Лайзы, он схватил ее за руку и потянул за собой. Он тронул Саммерсби за плечо.

– Можно вас на два слова, Чарли? – спросил он.

Молодой человек обернулся к нему, Джайлз схватил его руку и заставил отойти на несколько шагов в сторону.

– Насколько я понял, – сказал Джайлз, лицо его было очень близко к лицу Саммерсби, – вы обсуждали моего друга– Чада Локриджа.

Глаза Саммерсби широко раскрылись.

– В чем я виноват? – пробормотал он протестующе.

– Меня интересует – откуда вы взяли информацию, которой вы так живо делились?

– Ах… – Молодой человек потупился. – Я… я не знаю. Так… одна компания. Да, я был вчера вечером в компании друзей, и его имя всплыло в разговоре.

– А кто-нибудь из ваших друзей представил точные доказательства оскорбительных заявлений, брошенных в адрес мистера Локриджа?

– Нет, но…

– Тогда на будущее, – произнес Джайлз очень мягким голосом, – предлагаю вам прекратить распространять то, что может быть названо только грязными слухами. В сущности, сегодня вы дали повод мистеру Локриджу для судебного иска, который ему, возможно, следует возбудить против вас, чтобы опровергнуть ваши патетические жалобы и претензии.

Чарльз Саммерсби побелел, потом залился пунцовой краской. Он ничего не ответил, а просто попятился от Джайлза, словно его ударили, пробормотал что-то невнятное и затем убрался прочь.

Лайза повернулась к Джайлзу, глаза ее сияли.

– О, Джайлз, вы сделали такое хорошее дело!

Он грустно улыбнулся.

– Надеюсь, это обуздает маленькую, но зловещую слабость Чарли к раздуванию скандалов… но, боюсь, я причинил больше вреда, чем пользы. Возможно, – продолжил он, заметив озадаченное выражение ее лица, – высказавшись так резко и горячо, я только привлек еще больше внимания ко всем этим скверным пересудам.

– Всем скверным? Джайлз, вы слышали что-то! Значит, эти слухи про Чада действительно ходят?

Джайлз неловко поежился:

– Я не хотел говорить вам, моя дорогая, но… да, я слышал кое-какие возмутительные слухи.

– Ах! Как люди могут быть такими несправедливыми и злыми?

– Разве для вас так много значит, что люди судачат про Чада Локриджа?

Его вопрос был задан осторожно, но взгляд был испытующим, и Лайза покраснела.