– Сейчас, – сказала Чарити, беря веер и перчатки. – Думаю, сегодня мы будем только рады страсти леди Вудкросс к свежему воздуху. В такой вечер, как сегодня, каждая дверь и окно в доме будут распахнуты настежь.

Дамы Рашлейк убедились в правоте ее слов, как только вошли в дом Вудкроссов.

– Ух! – воскликнула Чарити, вылавливая мотылька из своего декольте. Она подняла глаза к люстре и увидела порхающий рой этих легких ночных созданий. – Ну и отлично, – сказала она философски. – Хорошо, что еще рано для майских жуков. Терпеть их не могу – большие назойливые мухи! И жужжат, как пила.

Дамы поздоровались с хозяином и хозяйкой дома, а потом разошлись в разные стороны. Лайза обежала глазами комнату, но Чада нигде не было видно. Она резко обернулась, когда Джайлз Дэвентри вынырнул словно из ниоткуда.

– А я думал, вы перебрались за город, – сказал он учтивым тоном, улыбаясь. – Давненько я вас не видел.

Она ответила ему также с улыбкой:

– В последнее время я редко выбираюсь из дома – только неотложные визиты и несколько обедов с друзьями.

– И, конечно, ваши поездки в Сити.

Она кивнула, по-прежнему улыбаясь, но воздержалась от комментариев по поводу этих поездок.

– Но конечно, – игриво продолжал Джайлз, – совершенно недопустимо, что вы не озаряете наше убогое существование ослепительным блеском вашего присутствия. Я считаю своим гражданским долгом проследить, чтобы вы не заточали себя в добровольной ссылке – иначе мы все просто завянем без вашей лучезарной улыбки!

– Это слишком сильно сказано, Джайлз. И цветисто, – ответила Лайза сухим тоном. – Давайте лучше пойдем вместе со всеми в гостиную в конце коридора. Насколько я помню, вечер должен начаться с небольшой поэтической прелюдии.

Немного осаженный, Джайлз прижал руку к сердцу:

– Ради вас, мой ангел, я готов на все, что только вы пожелаете – но неужели вы и впрямь решили приговорить меня к часу карательной скуки? Вы знаете, что свои стихи будет читать не кто иной, как Родди Рембертон?

– О нет! Только не это! – фыркнула она в ответ. – Да-а… Кто еще, кроме леди Вудкросс, решился бы испытывать нервы публики, подсунув ей своего племянника? Но что поделать, мой друг, светский долг превыше всего. Пойдемте.

И она скользнула по направлению к маленькой гостиной, а Джайлз со вздохом последовал за ней.

Поэтическая прелюдия оказалась тяжелым испытанием – как и пророчил Джайлз, и со вздохом облегчения измученные слушатели вернулись час спустя в большой зал, где увидели все увеличивавшуюся толпу гостей, занятых праздными разговорами.

Лайза снова предприняла свои незаметные поиски, и на этот раз она мгновенно обнаружила Чада. Как и прежде, его голова сразу же поднялась, словно она окликнула его по имени, и он стал обегать гостей беспокойным взглядом, пока не увидел ее. Сердце Лайзы забилось, когда она почувствовала, что ее будто пронзают насквозь прекрасные изумрудные глаза. Он направился к ней, но когда его взгляд упал на Джайлза, он остановился, кивнул и отвернулся.

Лайза внезапно почувствовала себя одинокой и брошенной всеми. Инстинктивно она слегка отстранилась от Джайлза. Подняв глаза, она увидела впереди Джона Вэстона. Он искал кого-то и смотрел поверх голов гостей с такой неприкрытой нежностью, что Лайза почувствовала, как ее глаза увлажнились. Она повернула голову, уже зная, кого она там увидит, кто привлек внимание юноши. Конечно же, это была Чарити, стоявшая в центре беззаботно смеющихся друзей. Она густо покраснела, словно Джон протянул руку и коснулся ее щек, а потом обернулась и встретилась с ним взглядом. Чарити опустила глаза. Лицо Чада опять всплыло перед взором Лайзы со всей отчетливостью, и она стала беспокойно ходить туда-сюда по залу.