Антон Дубинин. Вернуться бы в Камелот
Стихи Артуровского мира А тако же о самом священном и самом истинном, что есть в мире дольнем
Сэр Борс
Запрокинув лицо, в свод небес, словно в чашу огня, Чашу крови Христовой – смотри, сколько выдержит взгляд. Путь высокий, я знаю, наверное, не для меня, Но ступив на него, ни один не вернется назад. Не вернется никто тем, что был, а в полете с высот Кто не вырастит крыл, тот о камни лицо разобьет, Эти серые камни любимой и смертной земли. – Что ты делаешь здесь? Все, кто был с тобой, в небо ушли. Вон их длинные стяги над башнями из облаков, Они знают теперь то, что ты никогда не поймешь, Им не нужен никто, и они недоступны для слов, Не зови же из мглы и любовью своей не тревожь. И далек и почти нереален оставленный дом, И теперь твои сны – об одном и стихи – об одном, И теперь ты прикован навек и тебе не уйти, Хоть других не спасти и, наверно, себя не спасти. Ты ответишь за все, и путей не бывает иных. Ты пришел на святую могилу, она же пуста. Ты остался один, и сияет с небес ледяных То ли чаша Грааль, то ли просто твоя правота.
30.05.1999 г.
Lancelot
Камни все во вьюнах, Запах травы и смол. Вот куда ты пришел, Вот она, тишина. Кто от чего бежал – А ты – от любви земной. Небо над головой, Вереск к земле припал. И как деревья нем, Смотришь сквозь воду дней. Ты бы вернулся к Ней, Если бы знал – зачем. Что же ты ныне ждешь, Солнца встречая взгляд. Всадники бури мчат В небе, и будет дождь, Будет гроза. Рыцарь зеленых скал Без чести и без чудес, Плачь под рукой небес – Ты ведь не избежал. Часовни в лесу не смей Перед грозой искать. Травы тебе под стать, В них и молись о Ней, И о грозе. Леди легенд и дней Память твою возьмет, Честь твою разобьет Хрупкой рукой своей. Ветер над головой, Вереск и чистотел. И не любви хотел – Снова бы стать собой… Горе тебе…
15.07.99
Возвращение из Похода Грааля
(Lancelot)
Что принесешь из странствий ты на круг – Тьму глаз и пустоту усталых рук, Рассказ о том, как не допущен был, Рассказ о ветре, что глаза слепил, Как были сотни сильных и прямых И лишь один, прошедший мимо них Наверх, с лицом спокойно молодым, Уже навеки неподсуден им?.. Или о том, как черные быки Ступали на бесплодные пески, И знали все, что по пути с вершин Из белых возвратится лишь один? Виденья – или пару рваных крыл – Как ветер с ног сбивал, но не убил, Как сын отцу протягивал с седла Копье к земле, и кровь с него текла. А тот отшельник, верно, был святой, А этот меч уже не будет твой – Он лучшим был, тебе ж прощенным быть, Но ты домой вернулся, чтобы жить. Один из трех ушел, другой сокрыт,
Вернулся третий – пусть он говорит, «Но что же вы глядите на меня, Я дом пустой, светильник без огня, И вот ответом сотням ждущих глаз Позвольте мне не говорить сейчас». |
