Почему-то в этот момент Стюарт вспомнил свою бабушку, баронессу Джоанну Хемилтон. Если бы она только могла слышать его слова! Да ее бы, наверное, удар хватил. Этой почтенной, благовоспитанной леди даже в голову не придет, что ее внук способен так чудовищно вести себя с женщиной.

Закрыв лицо руками, Стюарт около минуты сидел в неподвижной позе, мучительно раздумывая, что ему теперь делать. Потом встал и быстро вышел из ресторана.

В гостиной их каюты было темно, но из приоткрытых дверей спальни пробивался приглушенный свет. Еще не дойдя до дверей, Стюарт услышал сдавленные рыдания. Ариэль лежала на кровати и горько плакала, молотя сжатыми кулачками по одеялу. В своем платье она напомнила ему экзотическую бабочку с подломанными крылышками. У нее был такой несчастный вид, что сердце Стюарта болезненно сжалось. Как не похожа нынешняя Ариэль на ту, что два часа назад вышла к нему из спальни! И виноват в этих ужасных изменениях только он один.

— Ариэль! — закричал Стюарт, бросаясь к ней. — Ариэль, дорогая! Ради всего святого, прости меня! Я не хотел… О господи, я не знаю, как это получилось! Я совсем не хотел тебя обидеть!

— Уходи, не трогай меня! — прокричала она охрипшим от рыданий голосом. — Я тебя ненавижу, уходи, оставь меня одну!

— Я не уйду, пока ты не успокоишься, — ласково, но твердо сказал Стюарт. — Пожалуйста, Ариэль, давай поговорим. Ну, прошу тебя, прошу!

Вывернувшись из его объятий, она перекатилась на спину. Стюарт потянулся за ней следом и каким-то непонятным образом оказался лежащим на Ариэль. В этот момент ее лицо находилось так близко к его лицу, как еще ни разу. Запах тонких духов Ариэль защекотал ноздри Стюарта, ее дыхание с легким ароматом вина и кофе коснулось его губ. И в тот же миг все здравые размышления вылетели из его головы. Осталось лишь необоримое желание держать Ариэль в объятиях, слиться с ней в поцелуе, ласкать ее…

Не в силах совладать с собой, Стюарт порывисто заключил лицо Ариэль в свои ладони и коснулся дрожащими губами ее губ. Ее фиалковые глаза изумленно расширились. Тихо вскрикнув, Ариэль попыталась вырваться, но ее робкий протест был заглушён жарким поцелуем Стюарта. Поцелуем, в котором смешались нежность, страсть и накопившаяся за несколько суток досада.

Осознав происходящее, Ариэль снова попыталась вырваться. Но губы Стюарта оказались такими теплыми и нежными, что она невольно потянулась им навстречу. А потом и вовсе принялась отвечать на его поцелуи, которые становились все смелее и настойчивее. Еще один и еще — и вот уже вихрь чувственного наслаждения подхватил ее и понес в мир пленительных грез. Почти не сознавая, что делает, Ариэль обняла его за плечи и притянула к себе, чувствуя, как согревающие волны пробегают по ее телу от прикосновения его сильного, жаркого тела, от легких касаний его нежных пальцев, пробегающих по ее груди и плечам.

Осмелев от податливости Ариэль, Стюарт попытался стянуть платье с ее плеч. И тут же понял, что совершил ошибку, потому что Ариэль вдруг напряглась, а затем решительно оттолкнула его и откатилась на другую сторону кровати. Потом спрыгнула на ковер, выпрямилась и посмотрела на него.

— Что все это значит? — с расстановкой спросила она, сверля его пылающим взором. — Стюарт Хемилтон, ты что, спятил?! Или совершенно обнаглел?!

— Ариэль, послушай…

— Нет, это ты послушай меня, богатый мерзавец! — гневно оборвала она его. — Если ты вообразил, что я вдобавок ко всему буду удовлетворять твои мужские потребности, ты жестоко ошибаешься. Я не стану заниматься с тобой сексом, заруби это себе на носу! Так что, — презрительно прибавила она, — советую нанять для этих целей другую девушку.