— Ты хотел что-то сказать? — оживилась женщина, мгновенно сбрасывая маску доброго доктора и превращаясь в хищника. — Говори, говори….

С нескрываемой жадностью она вглядывалась в лицо парня. Была бы ее воля, она бы схватила его за грудки и начала со всей силы трясти. Он уже и так вымотал ей все нервы. Она едва не стелилась перед ним, перепробовала за время разговора почти весь свой арсенал опытного специалиста по психокорекции. Этот мальчишка еще смеет сопротивляться ее опыту и знаниям…

Она сверкнула глазами и тут же опустила взгляд вниз, чтобы не выдать свои злость и гнев. Ей стало ясно, что парнишка совершенно непонятным образом «сорвался с ее крючка». Она читала его, как открытую книгу. Только что мимика, жесты, эмоции говорили о полной «пластичности» сознания Бельского. Из него, как из пластилина, можно было вылепить все, что угодно. Но прошло несколько мгновений и все изменилось.

— Мы закончили, господи Бельский, — Илюшина резко встала с места и, застегнув верхнюю пуговицу халата, смерила его недовольным взглядом. — Желаю, вам здравствовать, — и вышла из кабинета; даже в стуке ее каблуков чувствовалось ее неудовольствием.

Парень же остался со странным чувством, словно его только что едва не прожевали и не выплюнули, как потерявшую вкус жевательную резинку. В добавок, голова еще раскалывалась, как никогда раньше.

— Не обманул, старый. Правда, словно в башке покопались, — пробурчал Алексей, потирая виски. — Квази, дружище, выручил. Постой. А не тебя ли она искала? Больно уж странные у нее заходы были…

Эта догадка мелькнула и тут же забылась под грузом только что пережитых эмоций. Хотя, зря. Было в это идее некоторое рациональное зерно.

Его отвлек вызов с коммуникатора, который был продублирован громким сообщением через внутреннюю связь центра. Парня вызывали в конференц-зал, что было весьма любопытно. Можно было даже сказать, что такого рода вызов, вообще, состоялся первый раз за последние дни. До этого его ежедневный маршрут ограничивался походом до процедурного кабинета и обратно, а из развлечений были уколы и разнообразные замеры физиологических параметров.

— Неужели случилось что-то, — фыркнул Алексей и пошел вправо, куда указывали стрелки; именно в секторе «С» и располагались все представительные помещения. — Будет занятно, если меня, наконец-то, отпустят, — предположил он с глубоким вздохом. — А то надоело здесь до чертиков… Ух-ты, а это что еще за перец?

Метрах в тридцати от него замаячила какая-то новая фигура. Парень уже прекрасно изучил всех, с кем встречался за последние дни. Это было четыре человека — его охранник, сам руководитель исследовательского проекта — маньякоподобный старик и два ассистента в процедурном кабинете. Сегодня к ним прибавилась женщина-мозгоправ. А тут пожаловал кто-то новенький…

— Господин Бельский! — едва Алексей приблизился, плотная невысока фигура тут же развернулась к нем у лицом и превратилась в эдакого колобка, кругленького, щекастенького и сытенького мужичка; черты лица его сразу же расплылись в искренней доброжелательной улыбке. — Для меня большая честь с вами познакомиться. Я весьма и весьма наслышан о вашем героическом поступке.

Бельский ответил неглубоким поклоном на его приветствие. Лицом изобразил недоумение. Интересно, о каком-таком героическом поступке он говорит? Неужели о том взрыве?

— Во время того страшного теракта вы повели себя как истинный герой! — без единого намека на усмешку говорил незнакомец. — Моя супруга, Марья Васильевна даже всплакнула, когда увидела, как вы прикрываете своим телом Ее Высочество. А дочка и вовсе разрыдалась… Очень рад нашей встрече! Ой, прошу меня великодушно извинить, я забыл представиться.