Компания согласно загудела. Глаза у всех горели от небывалого, вызывающего восхищение события: Мелинда и её кузина собираются на городской праздник, настолько закрытый, что на него выдают билеты – для избранных!

Кузин довели до той самой скамьи под яблоней. Инна ещё успела забежать в дом, чтобы предупредить одну из тётушек, что они пришли, но хотят немного посидеть под яблоней. Тётушка как то ностальгически вздохнула и кивнула.

Инна снова убежала, счастливая – до распирающей её радости: она обладает такой силищей?! Такой обалденной магией?!

И опять Мелинда – умница!

Сидя среди своих знакомых, она посмеивалась и не начинала рассказа без кузины. Объяснила своё нежелание рассказывать просто:

  Я могу что то интересное пропустить, а Инесса подскажет!

Наконец Инесса присела на краешке скамьи – девушки потеснились. Юноши мужественно оставались стоять.

Умницей Инна снова назвала Мелинду ещё и потому, что та выбрала самый интригующий момент из истории с получением бесплатных билетов. Она очень подробно рассказала о нечаянном столкновении с господином Биром, который, как в сказке, оказался одним из устроителем бала маскарада.

Девушки так переживали эту, по сути, простенькую историю, что комментировали каждый незначительный эпизод, словно сами присутствовали при нём. Но Инна обратила внимание, что часто комментировали они те же эпизоды и с точки зрения: «А вот если бы Мелинда не пошла первой… Если бы Мелинда не сумела сделать того и этого…»

Сидя на скамье и слушая оживлённый разговор, Инна осторожно присматривалась к окружающей их тьме. Мелинда, кажется, совсем забыла о рыжем. Но Инна помнила и зорко стерегла покой девушки.

Беседа закончилась не скоро. Вставая и прощаясь с кузинами, Лиз мечтательно сказала:

  Жалко… Жалко, что мы не пошли с вами в тот магазин…

Инна чуть не фыркнула.

Когда компания удалилась на солидное расстояние, когда голоса (особенно голосишко Лиз) стали неразборчивы, Инна, оглядевшись в очередной раз, напомнила:

  Нам тоже пора. Надо бы выспаться до завтра.

Они вошли в дом, а потом, не сговариваясь, освободились от верхней одежды и пошли в столовую комнату – пить чай.

Инна слушала, как Мелинда обсуждает прошедший вечер, вся светясь от удовольствия, а потом не выдержала, спросила:

  Мелинда, а ты не помирилась с… ну, ты понимаешь.

Девушка озадаченно посмотрела на неё, а потом пожала плечами. Помолчав, выжидая, пока слишком горячий чай остынет, она сказала:

  Нет. Я помирилась с Аластером, как с человеком, с которым можно чудесно провести танцевальный вечер. Как с Райфом – поговорить о книгах. Но не более.

Итак, Мелинда твёрдо упёрлась не выходить замуж.

Когда они поднялись наверх, Мелинда помедлила, а потом попросила:

  Ты же не сразу ляжешь спать? Можно, я посижу у тебя? С тобой так… спокойно.

  Посиди,   улыбнулась Инна, сразу сообразив, что имеет в виду девушка.

И точно: Мелинда немедленно удрала в свою комнату, откуда затем явилась с книжечками стихов. Присела на стул, блестя предвкушающими глазами на кузину. Инна рассмеялась и взяла гитару… Когда господин Лэндонар сказал, что у них традиционны вечера с чтением стихов под гитару, она как то не придала особенного значения его словам. Но сейчас она была признательна ему за то, что он таким образом настоял взять гитару… Слушая негромкий голосок Мелинды, она наигрывала аккорды, перебирала струны в незатейливых мелодиях и никак не могла сосредоточиться на другом. Хотя и уговаривала: вот уйдёт Мелинда – и будет время подумать…

А думать предстояло долго и со вкусом.