– Думаешь, у одной тебя получится?

– Что-нибудь вроде «Джимми сажает зерно».

– Как насчет «Моя милая»? Сможешь?

Повернувшись к цимбалам, Рэчел встретила взгляд Орлетты. Она моргнула, как будто у них и впрямь был грешный секрет.

Как и прежде, нежный, зажигательный звук согревал Рэчел, и когда они заиграли и запели сентиментальные песенки, воспоминания о маме и папе охватили ее. Она видела их и их друзей, окруживших пианино, певших под ее аккомпанемент. Как много приятных вечеров провела она с милыми сердцу людьми – и Гордоном, настойчивым Гордоном.

Амос перестал играть.

– Ты отстала, Рэчел. Дональд, покажи ей аккорд.

– Извините, я задумалась.

Дональд обнял ее, направляя ее пальцы, стуча по струнам. Его тело прижималось к ее спине.

Рэчел отпрянула.

– В этом нет необходимости.

– Дональд! – предупреждающе рявкнул Амос.

Юноша отступил назад и невинно опустил руки.

Когда они возобновили игру, Дональд снова обхватил ее и наигрывал мелодию, пока она не вспомнила аккорды. И он снова прислонился к ней.

Она отпрянула, но он ловко заполнил собой пространство между ними. Чтобы не дать себя обойти в молчаливом споре, Гарланд орал так, как будто он был на другом конце света, хотя находился в дюйме от уха Рэчел. Он пел только для нее, в то время как другие произносили прекрасные романтические стихи.

Рэчел чувствовала себя, как заяц в капкане. Может, Орлетта сообщила им о ее проблемах с Джейком, предположив, что она свободна и доступна? Она посмотрела на подружку и Амоса, ожидая помощи, но увидела, что они заняты пением. Боль одиночества пронзила ее сердце. Почему Джейк не может быть таким милым, как Амос!

Она не хотела устраивать сцену, но все же подняла руки и отстранила обоих. Они отскочили.

– Мальчики! Что вы сделали с мисс Рэчел? – заорал Амос.

Она вышла из кружка молодых людей.

– О нет, никто не виноват. Я просто устала.

– Ну конечно же. – Орлетта встала из-за стола и подошла к ней. – Ты была на ногах всю ночь.

– Пожалуйста, спи на моей кровати, – предложил Дональд с вялой улыбкой. – Это сразу возле окна.

– Моя гораздо мягче, – возразил Гарланд.

– В моей будет удобнее.

– Она может выбрать любую кровать, какую только захочет, – сказал Амос, закрывая им рты. – Гарланд, ты идешь работать в стойлах, а Дональд закончит с клетками для кроликов.

– Сейчас? – завопили они в один голос.

– Да, сейчас, – он указал им на дверь.

Они нехотя потащились к выходу.

– Тебе придется простить их, миссис. Они чувствуют свою вину. Но нельзя же обвинять их. Ты пела как ангел.

– Спасибо, Амос. Ты мне льстишь.

– Просто говорю правду.

– Проходи, ангел, – сказала Орлетта. – Давайте спать, а то эти хвосты снова начнут досаждать своим вниманием.

Подъезжая к дому Колфакса на призовом жеребце, Джейк не заметил никакого движения. Только несколько кур паслись на траве. Но прежде чем спешиться, он увидел удивительно красивую женщину, выходящую из дома. Туго подвязанный красный фартук составлял ошеломляющий контраст серому платью, к тому же черные волосы, собранные в узел, блестели как ярко-начищенные ботинки.

– Здравствуйте. Я Джейк Стоун.

– Много слышала. – Ее улыбка не тронула глаза, она была лишь вежливой, не больше.

– А я Орлетта. Новая жена Амоса.

– Рад познакомиться.