– Пап, я писать хочу, – произнесла тоненьким голоском дочь.

Егор присмотрел растительность у обочины пороскошней и остановился. Тамара отстегнула Катю и помогла ей выбраться из детского кресла.

– Мальчики налево, девочки направо, – сказал вслух Егор, выбравшись из машины и разминая затекшие части тела.

Тамара с дочкой отправились на одну сторону обочины, а Матвей с отцом перешли на противоположную сторону дороги. Мимо проносились машины. Солнце раскалило асфальт до жидкого состояния. В воздухе не чувствовалось ни ветерка.

– Тихо и душно, как перед дождем. – Предположил Егор, выцеливая жука, спасающегося бегством от его струи.

– Ничего, в пещере переждем. – Матвей ответил без эмоций.

Для него это путешествие скорее было причудой родителей, чем каким-то приключением.

– Ну, сколько там еще ехать? – Спросила Тамара, когда все снова вернулись в машину.

– Тридцать километров, триста двадцать пять метров, – считал Егор показания с экрана навигатора. – Через полчаса будем на месте.

Из-за популярности пещеры как экскурсионного объекта еще в советское время к ней была пробита дорога. Узкая, в одну колею, с редкими разъездами. В последнее время популярность пещеры сильно снизилась. Поговаривали, что туристы здорово испоганили природный объект, и никто не хотел брать на себя усилия по приведению его в должный вид. Егор опасался за то, что дорога к пещере может быть перекрыта камнепадами, и тогда им придется идти пешком. Хотя, вряд ли, скорее придется поворачивать назад, полностью похоронив идею возродить отношения добрыми и прекрасными воспоминаниями.

Дорога шла все время вверх. Асфальт уже закончился, и по днищу барабанили камешки. Катюха отвлеклась от мультиков и с интересом смотрела на меняющуюся природу. Она впервые видела мир с такой высоты. Лесистые пейзажи шли от подножия гор до далекого горизонта. Она ткнула брата, не отрывающегося от телефона, в бок.

– Смотри, Матвей, какая красота.

Матвей поднял взгляд от экрана телефона, и еще некоторое время перегруженный виртуальным миром мозг ничего не видел. Наконец, его глаза очистились, и он разглядел естественную природу старых уральских гор. Во взгляде появился интерес.

– Красиво, – согласился он с сестрой. – А чего небо такое странное? – спросил он, смотря в заднее стекло автомобиля.

Егор посмотрел в зеркала и заметил, что на горизонте собираются какие-то странные облака.

– К дождю, наверное. Недаром такая духота, – предположил Егор, в душе немного сожалея о том, что погода портится.

– Природа против нас, – произнесла Тамара, умеющая видеть во всем дурные знаки.

– Природе все равно, у нее свои заботы, ей не до нас, – Егор не смог промолчать.

Тамара проглотила, но не преминула пустить в Егора один из своих взглядов, и в нём были собраны все те сиюминутные чувства, которые она испытывала к мужу. Егор снова почувствовал, как трещина между ним и Тамарой стала еще шире.

– У меня ушки закладывает, – пропищала Катя.

– Сглатывай, – посоветовал ей брат. – Поможет.

Катя вытянула шею и сделала гротескный глоток, словно проглотила яблоко целиком.

– Помогло? – Спросил Егор.

– Да.

Они проехали мимо небольшой запущенной беседки. Когда-то здесь останавливались туристы, фотографируясь на фоне живописных гор и не менее живописной долины, её дно разрезала тонкая полоска реки. От беседки почти ничего не осталось. Кострище посередине давало понять, на что ушла большая часть досок, из которых она была сколочена.