Великий русский полководец Александр Васильевич Суворов. Старинная гравюра.

Если посмотреть на военные биографии полководца и флотоводца, нельзя не наметить, что начались они обе одинаково: первыми чинами Александра Суворова и Федора Ушакова был самый меньший в России чин капрала, он давался, как правило, лучшим солдатам из простых горожан и крестьян, а не дворянам. Капрал командовал капральством, десятком человек, по нашим понятиям отделением. Начав с самого малого, Суворов достигнет не просто высокого, но почти невероятно огромного чина генералиссимуса. Генералиссимусу подчиняются все войска государства. Поэтому обычно монархи и главы правительств оставляют этот чин для себя, в России он даже не входил в табель о рангах, и в табели военным чином 1 класса значился чин генерал-фельдмаршала. Генералиссимусом Александр Васильевич Суворов стал в 1799 году, после легендарного Альпийского похода и многих побед над войсками Франции. В том же 1799 году свой высший чин получит Федор Федорович Ушаков. За взятие крепости и острова Корфу, за победы над французами на море ему был пожалован чин адмирала. Выше в военно-морской службе был только генерал-адмирал, но в то время генерал-адмиралом мог быть лишь член царской семьи.

Суворов и Ушаков, начав службу командирами капральств, командуя затем тысячами и тысячами солдат и матросов, всю жизнь хранили уважение к нижним чинам. А это было непросто в екатерининские и павловские времена. Тогда русские помещики торговали крестьянами не хуже, чем турки или крымские татары пленниками, доброе отношение к солдатам и матросам считалось предосудительным для офицера — дворянина, доброе отношение, по устоявшемуся мнению, портило армию и флот, разрушало дисциплину, подрывало субординацию, то есть служебное подчинение младшего старшему.

Суворов и Ушаков не просто уважали солдат и матросов — они верили им, видели в них бескорыстных и основных защитников России. Это тоже было непросто в те времена. Высокие чувства, в том числе чувство патриотизма, считались возможным лишь у людей благородного происхождения. У худородных руководящим чувством, как тогда считали крепостники, был страх, поэтому и надлежало дворянину постоянно устрашать солдат и матросов всякими карами — от порки до каторги. Многие офицеры не понимали, почему этот худородный, лишенный всех человеческих прав, должен с желанием и рвением идти на смерть. Его нужно бить кулаком, сечь розгами или шомполами за малейшую провинность.

В самые тяжкие, в самые мрачные времена простой народ России верил в свое лучшее будущее и отстаивал с храбростью и героизмом свою землю для лучшей будущей жизни. Воодушевление охватывало в бою солдат и матросов, удваивалось их мужество, удесятерялись их силы, когда с ними были хорошие командиры. А в таких командиров, как Суворов и Ушаков, вера нижних чинов была безгранична. Всегда в гуще боя, всегда на самом лезвии опасности были и полководец и флотоводец, давая армии и флоту высочайший пример бесстрашного служения родине.

Сравнивая военную жизнь Суворова и Ушакова, отметим еще один сходный момент. Как уже говорилось, молодой офицер Ушаков отказался командовать царской яхтой и добился назначения на военный корабль. А Суворов в молодости, в Семилетнюю войну, имел чин обер-провиантмейстера, старшего мастера продовольственных дел, был интендантом. С этими обязанностями он справлялся хорошо, мог бы совершенствоваться на важном для армии поприще. Оно избавило бы его от многих ран, болезней, от нечеловеческих тягот, которые пришлось перенести Суворову в походах и сражениях, — над интендантами, как правило, пули не свищут.