Запах был сильный, но не отталкивающий. Хуже того, Сафи не могла отвести взгляд от его голых запястий – вдвое шире ее собственных и влажных от пота.

– А что насчет вашего суженого? – вкрадчиво спросил Мерик. – Как бы Леопольд отнесся к сотне стрел у вас по всему телу?..

У Сафи аж зазвенело в ушах. Какого черта Мерик вспомнил Леопольда? И почему ей казалось, что судьба целого мира зависит от ответа?

Когда, наконец, она нашла силы заговорить, ее голос был напряженным, как натянутая струна.

– Леопольд мне не суженый. И то, что я бежала от него на юг, тому доказательство. Я даже не знаю, можно ли его еще считать другом, поскольку он не предупредил меня о таком повороте. Мы просто танцевали с вами на балу, а потом раз! – Она нервно рассмеялась. – И Хенрик объявляет, что мы с Леопольдом помолвлены.

Мерик удивленно посмотрел на нее.

– То есть вы тогда еще не знали?..

Она покачала головой, на этот раз избегая смотреть ему в глаза, хотя чувствовала, что он жадно ищет ее взгляда.

– Нет. Дядя что-то говорил о масштабных планах, но я и в страшном сне не могла представить, что меня похитят из Веньязы, что меня будет преследовать ведун Крови и что я попаду в итоге на ваш корабль. Нескончаемая череда сюрпризов – то одно, то другое… Но хотя бы теперь длинные руки Хенрика до меня не дотягиваются. Впрочем, это временное преимущество, и мы его лишимся, если не поторопимся в Лейну.

Она еще раз нервно засмеялась и, не зная, куда деть глаза, принялась разглядывать карту, но не могла ни на чем сосредоточиться, хотя перед ней извивались дороги и реки. Ей казалось, что власть из ее рук перешла в руки Мерика.

Мерик проводил пальцем изгиб какого-то ручья на карте и прикоснулся к ее руке.

Казалось, что так вышло случайно, но Сафи знала, знала точно, что это не было случайностью, и магия ответила согласной дрожью.

– Вот здесь устроим ночлег, – сказал Мерик, посерьезнев. – Йорис говорит, из этого ручья можно пить.

Сафи кивнула. Это оказалось непросто: сердце будто застряло где-то в горле, все движения разом стали скованными. Она понимала, что Мерик неравнодушен к ней потому, что она этого добивалась – танцевала с ним, дралась с ним, сражалась на словах, словно на мечах. Но только раньше, флиртуя с мужчинами, она никогда не обращала внимания на их запах, и на то, как они дышат, и…

…На то, как грудь вздымается и опускается у них под рубашкой, и…

…Как за губами мелькает язык…

«Он не просто мальчишка, как остальные, – шептал ее разум. – И ты отлично знаешь, что сейчас происходит».

Конечно, она знала. Мерик желал ее, и она желала его не меньше.

Ну да, он был старше парней, с которыми она кокетничала в Онтигуа. Да, он был принц, а она – сбежавшая невеста. Вчера магия открыла ей, что она испытывает к Мерику настоящую страсть. Теперь не было причин это отрицать.

Но она и не собиралась. Что бы ни происходило между ней и Мериком, зачем обязательно думать о последствиях? Почему не насладиться тем, что есть, не забегая вперед?

Приняв для себя решение, Сафи подняла голову, затаила дыхание и посмотрела Мерику прямо в глаза. Она больше не собиралась отводить взгляд.

На его щеках, вокруг губ и на подбородке была щетина. От этого он казался еще старше и опытнее. Между бровей образовалась складка – но он не хмурился, он всматривался в нее.

Сафи видела, как на его шее бьется жилка.

Как его зрачки расширяются. Как он пожирает глазами ее лицо. Смотрит на губы. На ямочку между ключиц. На…

Дверь распахнулась, Мерик и Сафи отскочили друг от друга.

В помещение решительно вошла Иврена.

– Я не помешала? – спросила она.